In This Moment — Blood
Добро пожаловать в славный городок Брайтонс Милл, путник. Город, который поразит тебя своей красотой и гостеприимством. Городок, который впустив тебя за свои границы этой осенью, уже не позволит тебе его покинуть. Возможно, ты успеешь его полюбить, и желания драть отсюда когти у тебя и не появится, ну а коли иначе - не страшно, ведь выбора у тебя все равно уже нет...
Eleutheria Fleming Joss Colter River Wright
Объявление #6: расскажет вам о новой части сюжета и напомнит о важных правилах. А также поможет избежать удаления.

Граница времени: 21 ноября 2015

ADS. Brighton's Mill

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ADS. Brighton's Mill » BIG SCREEN » P4. Взрыв всё делает лучше, 20.11.2015


P4. Взрыв всё делает лучше, 20.11.2015

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

взрыв всё делает лучше, 20-21/11/15
• • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • •

      На главной площади Брайтонс Милл никогда не было больших часов, которые бы звоном оповещали округу о каждом новом прожитом часе. Но с приближением двадцать первого ноября, жители города ощущали незримое присутствие курантов, отмеряющих оставшееся время. Приятный туристический рай превратился в пустошь, будто где-то рядом взорвалась атомная бомба. Те же дома, скамейки и деревья, вот только людей нигде не видно. Кто скрывался по подвалам, кто грабил магазины, кто присоединился к Дружине, которая теперь стояла последним оплотом защиты мирных жителей. Дружина отбивала атаки "других", что, прекратив скрываться, пытались заразить теперь каждого, кто попадался у них на пути.
      Одновременно с этим, люди не теряли веры в поиск спасения для зараженных, которое в то же время будет спасением и для них. Если одержимость удастся побороть, если водная стена исчезнет, то остаётся шанс выбраться из Брайтонс Милл. Центром сопротивления становится больница города. Во-первых, потому что стычки с "другими" никогда не заканчиваются мирно, во-вторых, потому что путём проб и ошибок люди пришли к выводу, что, раз жители чем-то заражены, а одержимость передаётся через кровь и замедляется, к примеру, шоком или холодом, то стоит попробовать избавиться от заразы медицинским путём, покуда обряды экзорцизма каждый раз заканчивались смертью одержимого.
      И вот мы сегодня. Вечер последнего дня в больнице Брайтонс Милл. На втором этаже в дальней палате, прочно привязаны к кровати двое пока без сознательных "других", им вкололи снотворное, чтобы впервые применить немного усовершенствованную процедуру гемодиализа. В больничной столовой собрались те, кому больше было некуда идти и кто не хотел быть один. Территорию от нападения "других" патрулируют представители дружины и просто добровольцы, которых не интересуют ярлыки. Несколько одержимых приближается к больнице. Но обе стороны знают наверняка: скоро что-то изменится, ведь конец этой битвы близок как никогда.

• • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • •
Irene Lynch, Atakama Form, Michael Crow, Bianca Maiorescu, Will Houston, Henry Sherman, Cheryl Hastings, Ryan Jensen;
вечер, больница Брайтонс Милла.

+3

2

Больница Брайтонс Милл в последние дни напоминала доктору Линч магазины в последние несколько дней перед Рождеством – брайтонцы, как и любители купить подарки в последние дни отправляются в торговые центры, стеклись именно в медицинское учреждение в надежде на то, что здесь их ждет убежище и ответы на вопросы, впрочем, праздничной атмосферой в воздухе и не пахло, настроение, мягко говоря, было подавленным, люди были дергаными и напряженными и задавались примерно одним и тем же рядом вопросов, среди которых был и вопрос о том, когда же все это закончится. Ответов, понятное, дело ни у кого не было.
Айрин же старалась сосредотачивать все внимание, время и силы на своей миссии, а именно выяснить, как избавить людей от той чертовщины, что в них сидела, и, казалось, что ответ был найден в виде улучшенной версии диализа, во всяком случае рыжеволосая надеялась на то, что двое людей, привязанных к койкам и подключенным к аппаратам для осуществления гемодиализа, положат начало спасению всего населения городка. Ее прежние попытки помочь вернувшимся и тем, кого они обратили (Рина не уверена, насколько это корректное слово, но лучшего не нашлось), не увенчались успехом, да и довольно сложно было помочь тому, у кого по всем показателям не было никаких проблем со здоровьем. Рассказы очевидцев, присутствовавших на старом складе, о том, что вернувшихся окутал некий дым, и они все говорили, как зомбированные, мало чем помогал Айрин, разве что только тем, что после тех событий, в частности после того, как в больницу были доставлены раненые участники событий на складе, она в полной мере осознала, насколько важно было найти способ излечить людей от этой одержимости в кратчайшие сроки.
– А казалось, что ЦКЗ подготовило меня ко всему, что могло случиться. – пробормотала себе под нос Айрин, просматривая данные последних анализов крови испытуемых. Называть их подобным образом женщине порядком претило, но и более подходящего обозначения брайтонцам, находящимся в палате она придумать не могла. Слово «одержимые» слишком отдавало религией, а Айрин все же верила в науку, да и никакое чудо пока ситуации в Брайтонс Милл не помогло, в принципе, насколько она могла судить, помогали в подобных ситуациях профессиональный подход и умение не поддаваться панике, а посвящать себя работе.
– Мисс Форм, я признательна Вам за помощь. – еще пару недель назад Айрин прежде, чем работать с кем-то, потребовала бы предоставить и диплом из вуза, и рекомендации с прошлых мест работы, и свидетельства о публикации научных трудов, но, как известно, отчаянные времена требуют отчаянных мер, в связи с чем Линч была только рада участию химика в их довольно сомнительном предприятии. Да и, честно говоря, она была рада любой помощи, поскольку люди в большинстве своем, в том числе и некоторые ее подчиненные, предпочитали отсиживаться в стороне в надежде на то, что ситуация сама как-нибудь разрешится. С возвращения пропадавших и по совместительству начала конца прошло уже целых семь недель, а ситуация только ухудшалась и ухудшалась, впрочем, представить нечто похуже водной преграды, кольцом оцепившую Брайтонс Милл, было сложно. Но по крайней мере в этой ситуации отсутствие возможности написать в твиттер о собственных страданиях и скидывать в инстаграм свою удрученную физиономию на фоне водной стены с хэштегом #nowayout не выглядела такой уж глобальной проблемой, впрочем, доктор Линч не слишком часто общалась с подростками, чтобы знать, насколько сильно травмирует их отсутствие сотовой, да и вообще какой-либо, связи с внешним миром. К слову, она сама отчасти страдала от этого, поскольку не могла проконсультироваться со своими коллегами за пределами городка, в связи с чем Айрин пришлось по-хорошему рассчитывать исключительно на саму себя в случае с разработкой теории о том, как можно очистить кровь и тем самым избавиться от своеобразного вируса. Правда, несмотря на ее довольно долгую карьеру в вирусологии, рыжеволосая впредь не сталкивалась ни с чем подобным, более того у нее пока было не слишком много научных обоснований происходящего. – Теперь нам остается лишь ждать. – женщина скептически осматривала аппарат для гемодиализа, словно силой мысли могла заставить его работать быстрее и при этом качественнее. Как и большинство людей, она не слишком любила ждать, но посвятив медицине всю свою жизни, Рина научилась терпению, поскольку понимала, что выбор у нее в любом случае был небольшой, и теперь лишь время покажет поможет ли одержимым жителям городка усовершенствованный гемодиализ, или это еще одна тщетная надежда и их всех уже не спасти.
Рыжеволосая отложила бумаги и направилась к тому мужчине, что лежал на кровати около окна, дабы убедиться в том, что катетер был установлен правильно. Она доверяла местным медсестрам, однако не гнушалась и проверить их работу, в конце концов от успеха этого эксперимента зависели человеческие жизни. Айрин не успела удостовериться в том, что члены медицинского персонала все сделали верно, когда почувствовала , что рука сначала схватила ее за руку, а после за горло, по всей видимости, члены Дружины, пристегивавшие подопытных, не слишком тщательно выполнили свои функции, или медсестра пожалела снотворного, а у подопытного оказались слишком ловкие руки. В любом случае причины, по которым ему удалось освободить одну руку едва ли сейчас важны.
Айрин начинает сдавленно хрипеть и пытаться расцепить мужские пальцы, к счастью, вколотое снотворное все же оказало определенное действие, поэтому мужчина в полной мере мобильность и быстроту себе не вернул, и доктору Линч удается вырваться.
– Мисс Форм, позовите или охрану, или тех, кто патрулирует коридоры. – она быстро кидает Атакаме, мысленно надеясь на то, что патрулирующие где-то поблизости, если ей не удастся совладать пациентом без чужой помощи. Он в это время, конечно же вырывает из своей руки катетер и старательно пытается высвободить и правую руку из наручников, Айрин же сохраняет спокойствие и осматривает палату на предмет снотворного и шприца. Но нет, они не хранили никаких препаратов рядом с лежачими больными, тем более тех, что были призваны вырубать людей на длительное время.

+7

3

Ей нравился этот город. Впервые за долгое время она чувствовала себя спокойно и уютно. Теплый дом, просторный лес, приятные люди вокруг. Все было хорошо, пока не началась эта чертова эпидемия. Но и тут можно закрыть на все глаза, все же не каждый день появляется возможность стрелять по живым мишеням, передвигающимся по двору. Атакама обозначила это все одним словосочетанием: «отстреливая собак». Ведь эти куски мяса на улице уже не были людьми, кровожадные, передвигающиеся по городу как зомби. Город разбился на два лагеря: на тех, кто хотели выжить и других, жаждущих толкнуть все построенное в хаос. За последние пару недель Форм успела многое повидать, но маленького ангелочка с голубыми глазами, нещадно избавляющуюся от своих родных, Кама не забудет никогда. Случается же порой такая трагедия, что любимые режущие инструменты приходится менять на дробовик. И вот же черт придумал забаву – изолировать город какой-то непонятной стеной. Спасибо, правительство! Ведь оно явно дало понять, что либо город спасается самостоятельно, либо все дохнут. Так себе перспектива. Город охватывала паника, ведь человек по природе своей боится неопределенности, боли, смерти в конце концов. Лишенная волей судьбы каких-либо проявлений эмоций, Атакама чувств обычных людей не ощущала. Эта милая особенность позволила без лишних сожалений забить девушку, с которой она просыпалась последние пару месяцев, молотком. Жаль только больше не с кем было пить полуденный чай.
Идею изготовления чего-то исцеляющего, Атакама восприняла скептически, предпочитая избавиться от раздражителя силой, первоначально изолировав здоровых людей от больных. Проблема заключалась в том, что в период инкубации было практически невозможно определить заражен ли объект или нет. Классная игра в угадай потенциального убийцу. В больнице она оказалась только благодаря своему эго. Придумай лекарство – выйди героем. Ничего личного, никаких привязанностей. На население города ей было глубоко наплевать, а вот свое имя в учебнике истории она бы наблюдала с невероятным удовольствием.  Признательность? Если уж говорить совсем честно, все тут спасали собственные задницы и если для этого одиночкам нужно было сколотить союз, то почему бы и нет.
- Ну что вы, доктор. – Девушка переходит от одного микроскопа к другому, добавляя в пробирки различного рода соединения. - В такой прекрасный день я бы искусала себе локти, будь я где-то в другом месте. - Внимательно всматриваясь в реакцию, она пытается понять, какая из существующих групп веществ может начать правильную реакцию. Форм улыбается, ведь процесс захватывает ее как никогда, даже несмотря на все прогнозируемые финалы сцены. В способность диализа оказать правильный результат девушка верит с трудом. Они не знают, как выглядит раздражитель, соответственно не могут понять, чем именно производить чистку, от чего нужно фильтровать кровь. Загадка кажется слишком сложной, а единственный элемент на который кровь подопытных дала положительный результат – триглицерид, который Атакама добавила по приколу с фразой: «ну если они такие спортивные, может стоит влить в них жир?». Тем не менее, этого было слишком мало, а, учитывая разнообразие химических элементов и их соединений, можно было пробовать реакции годами, после чего еще столько же пытаться соединить действующие элементы в одну общую сыворотку, которую, к слову, надо было бы хотя бы пару месяцев тестировать, чтобы на выходе не вышла вакцина смерти. Времени столько не было, а вакцина смерти стояла там, за водяным заграждением. Легче стереть с лица земли один город, чем подвергнуть опасности всю планету. Можно было бы взять одного из Этих, вскрыть его и до одури полоскать отдельные органы в различных растворах. Грязная и бесполезная работа. Определенного плана нет, а вся эта мышиная возня происходить лишь в надежде на удачу. 
От очередной пробирки отвлекает посторонний шум. В палате должна быть абсолютная тишина, ну или легкая фоновая музыка, но уж точно не звуки борьбы. Оторвавшись от микроскопа, Кама нахмурившись смотрит на испытуемого, из чьих рук только что вырвалась Айрин. Немного сонный, но от этого не менее опасный экспонат всячески пытался вырваться из оставшейся в гордом одиночестве оковы на одной из двух рук. Агрессивно настроенный, полный решимости вырваться и да, черт возьми, ему очень не нравятся трубки, торчащие из вен. Звать дружину? Да он быстрее освободиться и перегрызет им глотки. Идея приходит в холодный разум быстро. Не проходит и пяти секунд, как Атакама, точным ударом медицинской утки по голове больного, глушит экспонат в бессознательное состояние. Так и хочется стукнуть еще раз, но необходимости в этом нет. – Не стойте столбом, проверьте вторую. – Девушка кивает в сторону второго тела, пока сама переделывает узлы на запястьях только что вырывавшегося мужчины. Что что, а с узлами у нее давняя и любимая история, полная нежных воспоминаний и ласкающих слух криков. Из истории этой, собственно, никто никогда не выпутывался. Вместо веревок Форм использует медицинские трубки, фиксируя их на суставах. Маленькая оплошность чуть не лишила город врача. Кто знает, может следующее пренебрежение безопасности станет стартом братской могилы. – Ай какая красота. – С довольной улыбкой, девушка осматривает проделанную работу. – Доктор, а вы кого-нибудь из этих уже вскрывали? Может были какие-то анатомические аномалии? – Форм говорит все таким будничным тоном, будто они обсуждают погоду, ничего особенного. Параллельно разговору, девушка крутит в руках судно, оказавшееся весьма полезным приспособлением.

+6

4

Майк так часто бывал в городской больнице, что давно изучил каждый уголок заведения, в котором его пытались удержать хотя бы на день чуть ли не чаще, чем в управлении шерифа. Окружение должно было казаться привычным, но Кроу не ощущал желанного покоя. Все изменилось.
Глухой, скучный город вдохновлял журналиста с момента первых исчезновений. События разворачивались с такой скоростью, что Майк только успевал вдыхать терпкий дым тайны и опасности. Он был счастлив, как бы сильно ни пугала его картинка, которая еще только смутно угадывалась вдалеке за дымкой возможностей. Однако «вечеринка» затянулась, ситуация стала откровенно хреновой, к тому же ежеминутно доказывала, что нет предела ее стремлению стать еще отвратительнее…

(сейчас)
Он опускается на пластиковый стул в столовой. Следующее полудвижение – закрыть лицо руками, на несколько мгновений спрятаться от Бьянки, Уилла и всех, кто находится вокруг и совершенно не интересуется его персоной, – остается незавершенным, потому что спортивные бинты оттенка топленого молока побурели от пропитавшей их и уже подсохшей крови.
Уже много дней – с тех пор, как стало очевидным:
1. что вернувшиеся опасны;
2. а вирус/демон/проклятье (причину изменений, происходящих с людьми, называть можно как угодно) передается с кровью
парень не выходит на улицы с голыми руками. Перед тем, как покинуть более или менее надежное укрытие, Майк тщательно забинтовывает кисти и запястья специальными эластичными лентами, коих у боксера должно быть предостаточно. Надо отметить, что запасы начали подходить к концу. Впрочем, должно быть уже не важно, ведь завтра их всех не будет в живых, но Майк не верит в конец жуткой игры, потому что не умеет сдаваться. Просто ему нужна минутка, чтобы взять себя в руки… Черт возьми! Он имеет гребанное право слегка приуныть!
Парень протягивает ладони Бонни, чтобы она помогла снять грязные, окровавленные бинты.
- Кровь не моя, - заверяет парень свою некогда лучшую подругу, а сейчас… И снова не важно. Разберутся, если выберутся из этой передряги. Точнее когда выберутся. – Того… другого… - Бьянка должна понять, о чем шепчет Кроу. – Я не убил его… - будто сам себе, как сумасшедший.

(последние три дня)
Майкл ни разу никого не убивал. Даже когда от этого зависела жизнь и благополучие его близких. «А если бы знал, что случится? Смог бы? Стал бы?» У журналиста не было ответа на эти вопросы, но он точно был уверен, что жалеет о проявленной три дня назад человечности.
Майк с Митчелом искали близнецов, когда на них напал приятель Грина из племени. Вдвоем они отбились, но на следующий день тот парень обратил Митча, а затем и Розалин. Кроу узнал это от Лайлы, успевшей сбежать до того, как одержимый или больной ублюдок добрался до нее самой. *
Надо было убить ту тварь! Разбить его голову о камни или придушить. Но Кроу оставил индейца без сознания валяться на обочине… А ведь это не человек! Какое-то потустороннее, одуревшее, зомбеподобнее по своей сути существо!
Журналист бы сказал, что каждый вернувшийся должен сгинуть, хотя и не виноват в случившемся с ним, если бы его собственные сводные брат и сестра не присоединились к растущим рядам «чужих». Теперь он не имел права сомневаться в том, что есть выход. Майк вынужден был верить в доктора Линч, в то, что она найдет лекарство и спасет здесь всех. Вот и приходил в больницу чуть ли не каждый час. А в промежутках между визитами в «полюбившееся» со школьных лет заведение, которое теперь казалось единственным порталом в светлое будущее, ключ от которого никак не удавалось раздобыть, прочесывал город и окрестности в поисках Митчела и Розалин, потому что большинство из жалкой кучки еще не обращенных обитателей проклятого городишки продолжало придерживаться мнения, что «других» необходимо убивать. Кроу надеялся, что успеет найти брата и сестру до того, как кто-нибудь приведен невынесенный приговор в исполнение. Мама и Далия молчали, хотя он должен был быть с ними, потому что неизвестно, кто из близких сейчас в большей опасности. «Тебя не должно гнать чувство вины!» - шепнула мать, прощаясь с сыном сегодня, но отпустила - она тоже боялась за свою дочь. «Все будет хорошо. Мы встретимся завтра. Оно обязательно наступит…» - обещал вымотанный Майкл, уходя.

(последние несколько часов)
Сегодня за ним увязалась Майореску. Майк ее не звал, он никого не звал.
Кроу искал родных. Единственное, на что индеец мог положиться сейчас, - его собственная интуиция и сила. Ему нужно было остаться человеком и спасти семью. Подведет ли спутник и ли поможет – риск, на который журналист не готов был идти. Не приведите, Высшие силы, к тому, что придется прикрывать еще чью-то задницу. Особенно если речь шла о Бьянке, пытавшейся избавиться от девушки, которую Майк любит, которую попросил стать своей женой, пообещав ей тем самым наступление нового дня и избавление от проклятья…
Кажется, Бонни пыталась рассказать что-то о Ди Стэфано, о том, что все подозрения в ее адрес – вымысел и так далее, но Майк ее не слышал. Голова была забита другим. Но мозг мгновенно среагировал на крик из переулка. «Другие» так не кричат…
Парень сорвался с места, забыв об осторожности. Ему чертовски повезло, что за углом оказалось всего двое: обращенный и его жертва. Кроу не видел, в каком состоянии лежащий на земле человек. Индеец-полукровка перепрыгнул через него и устремился к чужому: удар справа в челюсть и сразу за ним – слева в нос. Мужчина рухнул, как подкошенный. Майк не помнил, как оказался сверху, сколько раз еще ударил, пока не остановился… но не убил. Он стянул с себя шарф, связал поверженному противнику руки за спиной в районе локтей, а петлю накинул на шею, чтобы самостоятельно невозможно было освободиться.
- Как он?
Жертвой оказался восемнадцатилетний парнишка, работавший кассиром в супермаркете. «Другого» Майк не знал, что казалось странным. Возможно, этот тип пришел снаружи через стену воды. Но главное – мальчишка не пострадал особо сильно: на первый взгляд, отделался переломом ноги.
- Давай отведем его в больницу… - им предстоял недлинный, но долгий и опасный путь.

(последние полчаса)
Чем ближе они подходили к больнице, тем больше дружинников встречали на пути. Майк презирал тех, кто создал дружину, но с момента появления местной инквизиции сам мир перевернулся с ног на голову. Кроу был одним из них сначала формально, а теперь всех членов организации и добровольцев объединяла общая цель: они должны были защищать оставшихся обитателей Брайтонса, пока не закончится кошмар или их существование.
Вот журналист уже колотит в одну из подсобных дверей больницы, вот их впускают внутрь.
- Нам нужен кто-то из врачей или медсестер…
Дружинник, охраняющий дверь, не может покинуть свой пост, но указывает на Хьюстона, которому не повезло оказаться в этом коридоре.
- Привет, Уилл, - обычно Кроу произносил это веселее, но времена настали тяжелые и мрачные. У Майка не осталось сил бодриться. Его на ногах держал страх за родных и упрямство, хотя тело уже болело от недосыпа и перенапряжения. – Найди, пожалуйста кого-нибудь из медперсонала, кого угодно. У нас тут перелом и шок. Мы отведем его в ближайший кабинет, попробуем оказать первую помощь… - журналист посмотрел на свою спутницу, не зная, что еще добавить к уже сказанному. Затем снова обернулся к парнишке, - Уилл, пожалуйста, быстрее… Ради… во что ты веришь?
Кроу не признался бы в этом вслух, но он просто хотел оставить спасенного прямо тут, он хотел, чтобы нашелся кто-то, способный помочь ему, снять с Майкла эту лишнюю ответственность, но супермен внутри не дремал и не позволял индейцу плюнуть на все и на всех. А Митчел и Розалин по-прежнему бродили по Брайтонсу, рискуя стать жертвой одного из братьев Кроу по оружию. Они были в опасности и сами представляли опасность.

- Когда мы закончим с этим, - Майк и Бьянка втащили своего обмякшего подопечного в ближайшую палату и водрузили на кровать с голым матрасом, - ты останешься здесь, а я вернусь в город. Я не хочу, чтобы ты рисковала жизнью, Бонни, - Кроу впервые за последние дни назвал Майореску этим прозвищем, связывавшим их с детством. «Бонни и Клайд» - это яркий флаг над их многолетней дружбой. Однако сейчас он просто висел, ветер надежды не развевал его. Можно было подумать, что журналист простил Бьянку, но… - Я не могу спасать и тебя. Мне нужно найти брата и сестру. Так что не мешай… пожалуйста, - тихо закончил он, поворачиваясь к двери в которой появился Уилл и… Джанет Сноу**.
- Мать твою… За что?!
- Да пошел ты… - устало отмахнулась от старых конфликтов и обид медсестра.
- Тебе нужна помощь?
- Иди к черту, Кроу, - без привычной злобы, только обреченность и усталость.
«Ага, мы уже в Аду…» - Майк решил, что Майореску вполне справится с рассказом о происшествии, благодаря которому Джанет снова какое-то время некогда будет погружаться в зыбкое отчаяние от размышлений о том, что скоро все-все-все они умрут, и вышел в коридор, прихватив с собой зачем-то Хьюстона.

Тошнота подкатывала к горлу.
- Мне бы водички… - объявил Кроу, направляясь в столовую в компании Уилла, которого он то ли держал, то ли использовал, как опору, и освободившейся Бьянки.

(сейчас)
Кроу вытирал о штанины липкие от чужой крови руки. Эластичные бинты небольшой горкой лежали на полу у его ног («Надо бы выбросить… вдруг заразные…»), а самого журналиста трясло, как от озноба.
Он поднял глаза на своих спутников и пожал плечами, словно в ответ на какой-то не произнесенный вслух вопрос.
Один из дружинников просил Майка остаться и помочь защитить больницу в случае нападения «других». Индеец знал, что возможно сейчас доктор Линч находится на грани решения их проблемы. Но не понимал, как можно отказаться от поисков родных.
- Как дела у доктора, Уилл? Ты что-нибудь слышал? – будто от ответа подростка могло зависеть решение Кроу.

Примечания (для тех, кто не интересовался глубоко личностью Микки)

* Митчел Грин - сводный брат по отцу
Лайла и Розалин Найт - сводные сестры Майка по матери, близнецы

** если интересно, кто такая Дж. Сноу
Отсюда

- Опять ты?
Ее звали Джанет Сноу. И когда-то она тоже была членом черлидерской команды. В последнем классе Майк, чтобы позлить Далию, несколько раз флиртовал с ее "подружкой" Джанет – большой любительницей всего экзотического. А что может быть экзотичнее индейской физиономии Кроу? Да еще такая история драматическая – отца вынудили оставить беременную возлюбленную! К тому же Майкл был костью в горле у половины их общих знакомых. В результате имеем бунт против системы – самое излюбленное развлечении подростков. В общем, привлечь внимание Сноу было легко и непыльно.
К несчастью для Майка, Джанет, во-первых, решила стать медсестрой в местной больнице, а во-вторых, оказалась достаточно злопамятной, чтобы при каждой встрече припоминать Кроу, как он ее унизил незадолго до выпускного. В свое оправдание журналист мог сказать только то, что любит Мериленд, и что "обидеть человека невозможно, человек может обидеться сам", но девушку, чье достоинство он оскорбил, вряд ли с пониманием отнесется к этому утверждению.
- И это вместо «здравствуйте, мистер Кроу»? Я в конце концов клиент. И пострадавший. Это - не визит вежливости, – обреченно огрызнулся Майкл. Сам нарывается? Да? Наверное… Только в прошлые разы он уже пробовал извиняться, улыбаться, даже снова флиртовать, угрожать, умолять, требовать позвать другую медсестру, но все бесполезно. Даже если в первые минуты пребывания в больнице ему везло и приходил кто-то менее озлобленный, то стоило задержаться в палате на денек другой, появлялась Сноу – его мстительная мучительница. То вену проколет, то руку иглой расцарапает, и ходит Майк, прикрывая сгибы локтей рукавами даже в жару, будто наркоман со стажем, то всадит укол так, что потом синяк на половину задницы и не сесть недели полторы… Поняв, что прощение и отпущение грехов юности ему не светит, индеец перестал скрывать свое отношение к непрофессиональным выходкам девицы. На Джанет посыпались жалобы и даже заявления в полицию по поводу намеренного нанесения вреда здоровью и злоупотребления служебным положением. Их родители с помощью управления шерифа худо-бедно раз за разом договаривались, но война затягивалась, несмотря на все попытки ее прекратить со стороны заинтересованных лиц.
- Не подходи ко мне.
Майк выставил вперед наименее пострадавшую руку, как бы отгораживаясь от этой садистки. Он-то благодаря ей, как никто другой, знал, что женщины – существа страшные и опасные, если ты их разозлил.
- Нет, даже не думай! Я не позволю тебе ставить мне капельницу. Лучше сдохнуть от обезвоживания или потери крови, или даже бешенства, поняла меня? Отойди!
- Да ты – параноик! – Джанет честно сделала удивленное и оскорбленное лицо, но Кроу уже это проходил.
- Считай, как хочешь, а я пойду… - парень начал торопливо скидывать с себя одеяло. Ему было плевать на то, что штанов на нем не было (трусы не сняли, осматривая ногу, и на том спасибо и низкий поклон). До дома в сентябре добраться в больничной рубашке? Ха, не впервой! Он уже почти слез с кровати, когда в палату влетела другая медсестра, а за ней третья. Группа поддержки или быстрого реагирования? Майк требовал, чтобы его никто не трогал, отказывался оставаться в палате, если тут же будет находиться эта Сноу, и всячески зарабатывал бонусы, которые гарантировали ему последующую встречу с психиатром. Только после очередного обещания старшей медсестры, что Джанет к нему не приблизится (конечно, она его не выполнит, потому что забудет, как только выйдет в коридор), Кроу соизволил вернуться в кровать. Он уселся поверх одеяла, скрестил руки на груди и насупился. При этом с каждой секундой лицо было держать все тяжелее. Ребра болели, лицо болело, ногу – хоть отстегивай. На капельницу пришлось согласиться. Вдвоем медсестры его снова запеленали в одеяло, воткнули иглу в вену, пока Майк и Джанет обменивались взаимными полными раздражения взглядами.
Еще три минуты спустя появился Сэлинджер.
- Да благословит вас господь, агент! Обратитесь к падре Але, передайте ему, что я просил господа благословить вас. У падре точно есть резерв настоящих благословений… Вы меня второй раз за сутки спасаете.
Кроу проводил тяжелым взглядом Джанет, затем зацепился им за толстую папку в руках Джереми, как бы удивленно кивнул: вроде как знал Майк, что зачастил сюда, но не думал, что о его здоровье ведется столь подробная и внушительная отчетность.

+6

5

Ситуация не просто зашла слишком далеко, но и приняла совсем неправильный поворот. Бьянка была раздражена, но не подавала виду. И раздражало её не столько то, что с большой вероятностью городу грозит уничтожение, а то, что умрут они все именно в тот момент, когда её репутация существенно подпорчена. Одни запомнят её, как подозрительную особу, которая по каким-то причинам притворялась похищенной, а другие, более осведомленные, как сумасшедшую, которая пыталась убить девушку лучшего друга. Единственный плюс – все слишком заняты борьбой с «пришельцами», чтобы, скажем, привлечь её к уголовной ответственности или просто начать разбираться в её мотивах. Даже Майк не желал выслушивать оправдания румынки, а он, между прочим, был тем человеком, который по определению должен был готов выслушать и поддержать в  любой ситуации. Бьянке нравилось думать, что он не обижен. Просто слишком устал, взял на себя слишком много. Спасти этого, спасти того… Бьянка же хотела как лучше. Нет Далии, нет головной боли за неё и за всю её семейку. Зараженные Митч и Розалин стали еще одним неудобством, забивающим голову индейца. А ведь мог бы плюнуть на все и убежать с Бьянкой. Она могла бы стать для него семьей. Она могла бы стать для него всем. Но вместо этого…
- …не мешай… пожалуйста,
Майореску собиралась было возразить, но в дверях больничной палаты показались Уилл и Джанет. Она просто хотела объясниться с лучшим другом, а теперь приходилось делать вид, будто ей было дело до какого-то кассира.
- Майк спас его от нападения. Кажется, он… все еще он, - коротко объяснила она медсестре. У неё не было ни желания вдаваться в подробности, ни уверенности в том, что парня действительно не обратили, - я бы закрыла его на ключ. На всякий случай, - пожав плечами, добавила Бьянка. После чего поспешила вслед за Майком и Уиллом, так и не дав медсестре возможность привлечь себя к оказанию помощи пострадавшему. Пусть волонтерством занимается кто-нибудь другой.
По пути в столовую ей показалось, что наверху она услышала шум. В голове снова промелькнула мысль о том, что зря они притащили сюда кассира. Природа данного явления не была понятна до конца. Сущность то говорила о себе в единственном числе, то употребляла местоимение «мы». Кто-то говорил, что заражение происходит через кровь, кто-то поговаривал о таинственном черном дыму. Гарантировал ли закрытый перелом парня то, что вирус не попал в его кровь? Если Бьянка притворялась «другой», что было самым глупым решением в её жизни, то, наверняка, были и «другие», которые выдавали себя за обычных людей. По крайней мере, такая ложь была бы куда логичнее, чем ложь Майореску. А если между всеми зараженными существовала еще и некая связь, то опасность возрастала вдвое. Доверять нельзя было никому.
- Давай я помогу, - безапелляционно заявила Майореску. Она добралась до столовой и в одно мгновение оказалась рядом с Кроу, стоило ему только подать малейший признак усталости и отчаяния. Она нарочно неторопливо разматывала бинты, чтобы удержать парня на месте, - на счет того, что ты сказал там, в палате… Нет, Майк. Кто бы или что бы это ни было, они ходят по городу группами, а ты собрался идти туда один. Ты отличный боксер, но в одиночку станешь для них легкой добычей. Либо ты остаешься здесь, либо я иду с тобой, - без лишних эмоций пояснила Бьянка. Потом она понизила голос, чтобы по возможности её слышал только Майк, - и вообще, кто-то должен быть здесь, чтобы в случае чего защитить доктора Линч. Она наша единственная надежда и твоя... если хочешь воссоединиться с семьей на этой стороне. Или твоя идея возложить миссию на мальчишку? – она легким кивком указала в сторону Хьюстона.

+6

6

Казалось, за последний месяц с ним произошло больше, чем за все предыдущие годы. Старый, как мир, интернет-мем про «в детстве меня не взяли в падаваны, в 11 лет не пришло письмо из Хогвартса» и далее по тексту перестал быть актуальным, вот только то, что поначалу воспринималось с (не всегда уместным) азартом и энтузиазмом, позже превратилось не прекращающийся кошмар, который, честное слово, скорее бы уже, так или иначе, разрешился.
Руки давно опустились. Надежда на счастливый исход казалась смешной. На еду не хотелось даже смотреть. Когда он последний раз ел? Вероятно, перед тем, как последний раз спал, но и это припоминалось с трудом – хватало кошмаров и в реальной жизни, чтобы страдать от них еще и во сне.
Шел последний день, отведенный брайтоновцам на решение проблемы с «другими», а жизнеспособных идей так и не было. Впрочем, глупо было бы ожидать обратного от жителей города, в котором нет ничего примечательного – никаких предпосылок для геройств и гениальных открытий.
Последнюю отчаянную попытку что-то сделать предприняла главный врач больницы Брайтонс Милла, где под конец осел и Уилл – поближе к семье, устав беспорядочно шататься по всему городу от одной группы небезразличных ему людей к другой. Говорили, доктор Линч собирается испытать какой-то новый способ очищения организма. Также говорили, что даже если у нее получится обеззаразить «других», запертых сейчас в ее кабинете, то все равно не хватит ни времени, ни средств, чтобы произвести процедуру «очищения» над всеми остальными, да и вряд ли зараженные выстроятся в очередь, изнемогая от желания избавиться от непрошенных гостей у себя в голове.
Конечно, разговор был не для ушей Хьюстона, но никто из медсестер не обращал внимания на него, тихо страдающего в углу, и уж тем более не ожидал, что он что-нибудь предпримет по поводу подслушанного, да он и сам не ожидал, но уловив краем уха, что в кладовой пылится нерабочий аппарат, на который все махнули рукой, подумал, какого черта? Конечно, починить аппарат, стоящий... 10 тысяч долларов? 15? Ну, явно больше, чем выплатили бы бабушке и дедушке в Техасе после сегодняшнего, если бы ему когда-нибудь пришло в голову застраховать свою непутевую жизнь. Короче, заставить работать навороченную медицинскую технику – это не крышку телефона скотчем заклеить, для этого нужен инженер или техник, а Уиллу всего-то исполнится 16 в следующем месяце. Ну, или исполнилось бы, если у доктора Линч не получится осуществить то, что она задумала. Короче, дело почти наверняка обречено на провал, к иному сценарию событий может привести только чудо, но невыполнимая задача сейчас казалась Хьюстону как раз тем, чем нужно, чтобы занять мозги и не думать о том, что скорее всего, завтра может и не наступить.
Едва ли Уилл смог бы отличить машину для гемодиализа от рентгеновского аппарата, учитывая, что ему всего-то в двух словах объяснили, что такое, собственно, сам диализ, и тем более никто не стал объяснять, как он проводится. Но мальчишка очень надеялся, что если на аппарате не будет большими буквами написано, для чего он, то, по крайней мере, в подвале окажется не так много огромных сложных штуковин, из которых необходимо было бы выбирать.
И конечно, кто бы сомневался, что на деле там окажется целый склад ненужных вещей. Стало быть, чтобы что-то в нем найти, надо было рассуждать логически. Если требуется очистить кровь, то для этого нужны, по крайней мере, насосная система и какое-нибудь приспособление типа капельницы, так? Хьюстон на глаз прикинул, что из представленного хлама могло бы подойти, и, все еще не до конца уверенный, двинулся к одному из аппаратов.
После подключения машины к сети электроэнергии и включения питания на ней приветливо замигали кнопки и сенсоры, после чего экран, поразмыслив немного, выдал сообщение о какой-то ошибке. Уилл попытался найти поблизости руководство оператора, но, по всей видимости, его либо умыкнули, либо потеряли, либо пустили на бытовые нужды, потому что под руку ничего подобного так и не попалось, зато попался какой-то диск, но что толку от него, если нет компьютера? Интернета, чтобы найти мануал в сети, конечно, тоже не было, потому что каким-то образом своей полуметровой водяной стеной (!), даже не кинговским куполом, «другие» блокировали любые радиосигналы. Черт, да скажи ему кто, что однажды придется выживать без доступа к сети целых две недели…  когда-то это казалось невообразимым, но доведись ему рассказывать потом обо всем этом внукам, он без утайки отвечал бы: жилось не очень-то. Хотя, возможно, это также отчасти связано с постоянной угрозой для жизни со стороны сверхъестественного разума и правительства собственной страны.
В общем, угрюмо повертев в руках компакт-диск, Уилл пришел в выводу, что необходимо найти, на чем его запустить, потому что вслепую тыкать в экран аппарата еще более бессмысленно. И когда он поднимался наверх, в одно время с ним через запасной вход в больницу зашли двое с раненым, переброшенным через плечо.
Это зараженный?
Уилл застыл в коридоре, сжимая в кармане электрошокер. Зашедшие обмолвились о том, что им нужна помощь, после чего сидевший на охранном посту дружинник, оглянувшись и приметив Уилла, кивнул в его сторону.
– Привет, Уилл, – тот человек, который был не ранен или, вернее, пострадал в меньшей степени, оказался Майком Кроу, журналистом, другом Далии. Хьюстон все еще пребывал в ступоре, чтобы как-то отреагировать на его приветствие, но разжал хватку на электрошокере – вряд ли он сейчас понадобится.
– Найди, пожалуйста кого-нибудь из медперсонала, – говорил Кроу. – Ради… Вы что ты веришь?
– В Харви Дента, – произнес Уилл – скорее себе под нос, чем вслух, так что услышать его мог разве что охранник, но никак не Майк, да и так уж ли ему нужен был ответ, на самом-то деле. Тем более, ничего более вразумительного Уилл ответить все равно не мог. Ясно одно: в то, что ситуация с «другими» могла в корне поменяться за оставшиеся несколько часов, верилось с большим трудом. В свете этого все остальное меркло и казалось совершенно неважным.
Ладно, думалось ему по пути к комнате медперсонала. Может быть, заодно удастся проверить, что там с компьютером.
На проверку компьютер в комнате медсестер был ожидаемо занят. Значит, все-таки стоит добраться до дома: ведь пусть мир катится к чертям и городу остается жить последние часы, но между перспективой заговорить с лишним человеком или промчаться бодрой рысцой 20 минут туда и 20 минут обратно по улицам, кишащим одержимыми, Уилл предпочел бы последнее. К тому же, Кроу просил привести помощь побыстрее, что еще больше склоняло парня к вылазке в город, а не попытке отбить больничный компьютер не то у медсестры, не то у волонтерши, поди сейчас пойми.
Итак, медсестру-то он привел, да вот только Майк как будто не очень-тобыл этому  рад. Уилл мялся в сторонке, размышляя, так уж ли обязательно этим двоим выяснять сейчас отношения и не может ли он сам по-тихому убраться, как вдруг сцена между молодыми людьми быстро разрешилась и Кроу вышел из палаты, сцапав и его тоже.
Уилл даже не сразу понял, что Майк использует его в качестве опоры. В мозгу вяло заворочалась мысль, что вообще-то он не любит, когда его трогают, но мысль эта так и осталась невысказанной.
Когда они дошли до столовой, Уилл выбрал место рядом с Кроу по другую сторону от его ненормальной подружки, все это время ни на шаг не отступавшей от него, после чего Бьянка начала снимать с рук журналиста окровавленные бинты. Черт, да Уилла даже вид крови перестал трогать, с каким безразличием он наблюдал за действиями девушки. Сказал бы кто об этом раньше… да что уж теперь говорить про «раньше» - казалось, все то, что происходило не в последние две недели, и вовсе перестало иметь к нему какое-либо отношение.
– Как дела у доктора, Уилл? Ты что-нибудь слышал?
Он отрицательно покачал головой.
– Не знаю… наверное, пока ничего, – ему-то уж точно никто сообщать не спешил. Хотя… добейся доктор Линч больших успехов – едва ли была бы нужда об этом спрашивать, весть бы разнеслась быстро и без его помощи.
Уилл не сводил подозрительного взгляда с шушукающейся с другом Бьянки. Что она ему там втирает?
– Так… ты собрался в город? – уточнил Хьюстон у Майка. Пойти или не пойти вместе с ним? Если уж идти, все было бы поспокойнее вместе. С другой стороны, очень смущало желание подружки Майка всегда и везде следовать за ним. Общество Кроу не было для Уилла самым желанным, но девушка откровенно нервировала. Впрочем, не факт, что журналист все-таки пойдет туда, куда бы он ни собирался, так что…

+7

7

Шериф Шерман был одним из тех, кто терпеть не мог процедуры и формальности, коих было пруд пруди на поприще защитника порядка. Но Бог, или кто-там из начальников наверху, свидетель - он бы все отдал, чтобы формальности и вообще нормальная, однообразная, вялотекущая жизнь вернулась. Сейчас формальностям не было место: все смешалось, все превратилось в хаос. Полицейскому уже не нужно было зачитывать права, делать предупреждающий выстрел. Да что там! Чтобы носить оружие уже не нужно было разрешение. Твоя задача - выжить. Формальности не имели значения.
Шерман  шагал по коридорам больницы большими шагами, неся в обеих руках судя по всему тяжелую коробку.
Его полицейский участок давно разбежался, кто куда. Нет, несколько самых доблестных и верных парней остались на службе погибающего города, но кто-то (и никто их не станет за это винить) поставил интересы семьи на первое место, и встал на их защиту. А кто-то и вовсе обратился в зомбака. Но даже самые преданные и отчаянные полицейские уже не считали нужным носить форму, тем более, когда в городе разрослась разношерстная дружина из добровольцев. Шерман же, как капитан тонущего корабля, носил повидавшую виды за последние дни, форму, будто бы протестовал до последнего: жизнь еще может стать прежней! Он -  человек никогда не любивший формальности.
За одной из многочисленных дверей послышался шум, затем звук удара и все затихло. Шерман с ноги открыл дверь, поскольку руки были заняты коробкой, и коробкой же замахнулся в центр помещения, но вовремя оценил ситуацию. Прыткий полицейский ум быстро сообразил, что в помещении произошло "обездвиживание задержанного путем манипуляций с санитарной уткой с наклейкой 203 (что вероятно означает принадлежность инструмента к помещению, но не является верным, ибо произошедшее случилось в помещении 206, что, впрочем, ввиду обстоятельств не является важным), гражданкой....", - написал бы Шерман в протоколе, если бы бумажная волокита не умерла вместе с появлением других. Шерман одним шагом подошел к отключенному и взглянул на импровизированные узлы. - А вы собственно, кто такая?, - поинтересовался он обращаясь к девушке-утконосцу, разглядывая и оценивая хитроумность сплетений веревки, - Ладно, не важно. Вижу, инструкции по задержанию вам не нужны, - Шерман, наконец, положил тяжелую коробку на пол и достал оттуда пистолет. Вторым шагом он приблизился ко второй задержанной и не раздумывая ударил по виску, итак вроде бы мирно лежащую, "другую" . Предупрежден - вооружен.
- И все-таки, - Шерман перевернул пистолет и протянул рукоятью вперед доктору Айрин, - Это раз. Второе, - он достал рацию, - третий канал. Позывная - колыбельная песня. Я не шучу. Мне пока не встречались зомбаки, поющие песни, - Шерман поднял коробку, включил рацию на плече и выходя из комнаты запел, - Шерил! Теплыый котенооок, пушиистый котеенок спит...

... свернулся клубооочком..., - Шерман шел по коридору, как вдруг боковым зрением заметил подростков (кем для него являлись все, кто младше 30-ти) и направился к ним.
-Так, так..., - шериф оглядел тех, что постарше, но они ему показались, какими то нервными. Тогда он присел напротив того, что помладше и достал ему рацию. По статистике (его опыт+ просмотр боевиков) детей убивают последними. Во-первых, не видят в них большой опасности, во-вторых, они, как грызуны, забираются в неведомые щели. И хоть этот был уже крупненькой, в виду возраста, особью детенышей, но шансы у него были неплохие.
- Ты, я вижу, вождь этой стаи, - шериф окинул взором сидящих, -  так что возьми это и если что, жми третью кнопку. Ну и когда тебе исполнится 18, тоже вызывай - выдам тебе пистолет.
Шерман встал и побрел дальше раздавать оружие и рации, разнося по коридорам свое колыбельное "Фур-фур-фур"
Когда коробка почти опустела, он спустился в холл больницы. Несмотря на то, что в больнице было достаточно людно,  место, которое обычно встречало больных и посетителей сейчас было полностью пустым. Дело в том, что холл заканчивался абсолютно стеклянными стенами и дверьми, что делало его самым просматриваемым. А значит слабым местом этой крепости. А что, если не слабые места, защищать дозору? Там и расположились Шерман и Шерил. Конечно, именно ее Шерман определил себе в напарники в этот вечер. В случае чего, ему нужно было точно знать, что он сделал все, что было в его силах, чтобы защитить ее. И не только поэтому.
Свет в холле был выключен, но работающие на парковке перед больницей фонари неплохо его освещали.
- Все готово, - сказал он, кивнув Шерил, которая ждала его в холле, - Осталось еще кое-что.
Генри положил злополучную коробку, закрыл глаза и тяжело выдохнул. Чувствовал, как краснота смущения разгорается в области груди и медленно ползет к макушке. Но ждать более? Нет. Он подошел к столу рецепции и встал на место завсегдатой здесь Марибэль - пышной афроамериканке в огненно рыжем парике и с пластмассовыми серьгами, которая вечно требовала от Шермана какие-то бумажки и не давала брать показания у корчащихся от огнстрела. Где теперь Марибэль?
  Шерман по-хозяйски открыл одну из дверц медсестры-секретарши и поднял на стол поднос на котором торжественно стояла бутылка шампанского и две закрытых упаковки одноразовых баночек для анализа мочи или страшно представить чего (что нашел, то нашел). Стараясь не смотреть пока на реакцию Вишни, он нажал на кнопку “on” небольшого микрофончика, по которому Марибэль вызывала следующего в очереди или на всю больницу высмеивала почерк шерифа.
- Прием, прием. Это Шерман. Все спокойно. Не обращайте внимания, шоу маст го он, все такое, это самое, - хрипло сказал он в микрофон, а потом снял рацию с плеча, нажал пару кнопок и положил рядом с микрофоном. После ужасного визга по коридорам больницы разнеслась тихая мелодия:

Postmodern Jukebox – Creep (ft. Haley Reinhart)

Генри вскрыл упаковки со стаканчиками и налил т шампанское. Взяв их, медленными шагами (как в бездну) подошел к Шерил и, наконец, может быть, вообще первый раз в жизни, посмотрел ей прямо в глаза.
- Это может показаться немного несвоевременным...Но может быть, другого времени и не будет, - Шерман вручил Шерил стакан с шампанским, а затем протянул свою руку и пригласил ее на танец.

Отредактировано Henry Sherman (2017-01-25 16:59:07)

+10

8

Каждый прожитый день после объявления правительством страшного ультиматума, тяжелым грузом ложился на плечи не только местных, всю жизнь проживших в этом городке, но и остальных людей, волей чертова случая оказавшихся в Брайтонс Милл именно в это время. По крайней мере, большинство горожан и приезжих вело и чувствовало себя так, будто им уже пришел конец - они сидели в своих домах, ставших им убежищем, и уже, кажется, чувствовали себя покойниками.
Впрочем, Шерил не могла их ни в чем винить - трудно не поддаться упадническому настроению, когда по улицам шныряют опасные твари, принявшие обличье твоих друзей и близких, и даже сама вода ополчилась против тебя.
Впрочем, были и такие, - они будут всегда, - кто пользовался моментом и с удовольствием терял человечность похлеще всяких зараженных. Грабежи, нападения, мародерство - всего доставало в городе, который теперь почти некому было охранять. Почти - это потому что существовали дружинники, защищавшие от других, да еще несколько человек, раньше работающих на закон. Вот они с Шерманом, например. А еще парочка полицейских, которых Черри мельком видела в городе несколько дней назад - их лица были знакомы ей по полицейскому участку. В остальном же в Брайтонс Милл царила практически идеальная анархия.
Вообще, все происходящее немножко напоминало Гастингс один старый фильм под названием "Факультет" - там тоже неведомая инопланетная хрень захватила тела студентиков, умело маскируясь под обычных землян. Может быть в этот раз ребята из следственной группы, выдвигающие версию про зеленых человечков, не так уж и не правы были?
И вот ради всей этой срани господней она перекраивала свою жизнь, шла служить в полицию и затем попала сюда? Жизнь, бессердечная ты сволочь.
Несмотря на неунывающий характер, в сложившейся ситуации сложновато было не поддаться искушению и порефлексировать минутку. Впрочем, мимолетное состояние очень быстро проходило и приносило за собой желание действовать и не складывать лапки, чтобы не превратиться в страдающую размазню. Вон сколько людей собралось в больнице, и явно не все из них поддались унынию - док с помощницей и целой стайкой медперсонала до последнего трудилась над поиском лекарства.  Обычные люди тоже не сидели без дела - кто-то помог укрепить окна и двери, кто-то заведовал столовой, а кто-то помогал охранять здание.
Значит и ей следует выполнять свою работу. Если это можно так назвать. Не зря же они с Генри прибыли сюда - возможно, их присутствие немного поднимет дух народу и даст понять, что далеко не все про них забыли и забили.
Именно с такими мыслями Шерил спускалась вниз по лестнице - она начала свое маленькое патрулирование с крыши, на которой стояла парочка человек, вызвавшихся добровольцами, и постепенно шла по этажам, проверяя, все ли в порядке. Гастингс не знала, были ли они с Шерманом единственными обученными людьми в этом здании, подготовленными к вооруженным стычкам, но надеялась, что в нужный момент никто из патруля не дрогнет, и при необходимости даст бой одержимым. Потому что Черри почти не сомневалась - рано или поздно кто-то из их шайки попытается проникнуть в больницу, уж больно лакомым куском кажется это здание.
Проходя через третий этаж, Гастингс услышала сначала разговор на повышенных тонах, а затем крики и звуки борьбы - не долго думая женщина побежала в их сторону, снимая табельный пистолет с предохранителя. Ее глазам открылась странная для обычной жизни картина - двое мужчин пытались выпихнуть третьего из окна, несмотря на его отчаянные сопротивления. Для разговоров времени не оставалось.
- Опустите его на пол, быстро. Стрелять буду без предупреждения, - пистолет резко дернулся в сторону блондина, который сделал попытку дернуться в ее сторону. - Я не шучу, мудила, поставьте его, живо! - тратить патроны на всякую фигню очень не хотелось, но дать свершиться очередному безумию не позволяла совесть. - И какого хрена сотворил этот бедолага, что вы решили из него летуна сделать? - Шерил говорила с присущей ей в таких ситуациях грубостью, и внимательно следила за каждым движением любого из троих - пострадавший тоже пока не вызывал у нее доверия.
- Он из этих! Он смотрел на нас и попытался дать в морду Дику, - блондин, явно лидер этой маленькой группы, чуть ли ни слюной брызгал во все стороны, пытаясь доказать свою точку зрения. Похоже, у него совсем сдали нервы.
- А какого хера он рылся в моих вещах?! - это уже вопил пострадавший.
- Завались, с тобой вообще никто не разговаривал!
Похоже, ссора вспыхивала вновь, но вот у Гастингс совсем не было времени разводить по сторонам долбанутых мужиков - нужно было окончить обход и спуститься к шерифу.
- Заткнулись все! - как ни странно, но сработало, - Вы двое, привяжите его к кровати, но не перестарайтесь. Наблюдайте, если будет вести себя странно - срочно доложите об этом. Сами ничего не предпринимайте - все равно станет ясно, из этих он или из наших. Все.
"Прости, мужик, но времени вообще нет, там вон Шерман канал песнями забивает, нужно спасать людей от его пения".
- И еще одно, - Шерил говорила это уже с порога, - если с ним что-то случится, пристрелю обоих. Вы же знаете, теперь у кого пушка, тот и закон, а у меня она есть, - и мило улыбнувшись и отсалютовав пистолетом, детектив отправилась дальше.
Спустившись ниже, Черри прошла через бывшую реанимацию, затем через столовую, где собрались люди - каждый из них пытался чем-то занять себя. Но Гастингс заинтересовала троица, беседующая друг с другом - девушка, парень и мальчика-подросток. Странная компания, особенно если учесть, что девушка вокруг валялись окровавленные бинты.
- Эй, ребята, помощь нужна? - Шерил бегло осмотрела всех, но не заметила ничего сильно подозрительного. - Если что-то серьезное, не сидите тут, обратитесь к медикам.
Вот так, поработав Капитаном Очевидностью, Гастингс побежала дальше, не забыв осторожно, через стекло на дверях, заглянуть к доктору Линч - на всякий случай. Потому что человека с таким запасом знаний нужно было беречь как зеницу ока.
И лишь полностью успокоив себя, она пошла к Генри.
Где и столкнулась с крайне неожиданным приветствием.
Нужно ли говорить, что на данный момент ее разрывало между чувствами и осторожностью? Вот перед тобой стоит шикарный мужчина, а за его спиной холл больницы, который нельзя оставлять без присмотра.
И она попробовала совместить приятное с полезным.
- Даже не буду спрашивать, где ты это все откопал и как долго готовился, - Шерил с улыбкой взяла из рук Генри импровизированный бокал из которого сделала небольшой глоток, после чего поставила его на стойку администратора, - ты знаешь, а это очень романтично - пить из баночки для сбора анализов на границе то ли Конца света, то ли чего еще. Шериф, вы знаете, как угодить девушке, - Черри не долго думая положила руки на плечи Шермана и, послав к чертям все страхи, поцеловала его.
И в этот момент, один из самых приятных в ее жизни, Гастингс краем глаза заметила, что что-то подозрительное мелькнуло на улице. По крайней мере, ей так показалось.
- Ты это видел? - Шерил остановилась, вглядываясь через плечо Генри в происходящее снаружи.

+8

9

Они пытаются убежать. Пытаются построить баррикады. Закрываются на все замки. Хотят спасти свои жизни. Глупые, наивные люди. Они не понимают, что бежать некуда,  любой замок, рано или поздно, удастся взломать, а в стене, при должном усердии, можно найти брешь.
Так и поступил уже фактически бывший помощник шерифа Райан Дженсен, чтобы проникнуть в больницу Брайтонс Милла. Сущность внутри Райана не стала ломиться в закрытые двери, вместо этого использовав знания мужчины.
В панике и спешке люди просто не могли уследить за всеми входами-выходами. Что-то они обязательно бы  упустили, в этом сущность не сомневалась. Сейчас вообще был как раз тот момент, когда их единый разум считал, что победа уже практически достигнута. Осталось приложить еще совсем немного усилий и им уже никто не сможет помешать.
Но для начала неплохо было бы узнать, что там такое задумали светила брайтоновской медицины и что сейчас происходит с двумя собратьями оказавшимися пленниками в больнице.
Пришлось немного покопаться в памяти помощника, дабы выудить из глубин разума нужную информацию, а именно, как попасть в основной корпус лечебницы, используя проход в пристроенной ветеринарной клинике. Конечно, нельзя было исключать того, что и эту лазейку перекрыли, но как узнала сущность, им пользовались довольно редко и часто попросту забывали об этой двери.
Расчёт оказался верным. Несмотря на то, что пришлось в этот раз воспользоваться не только знаниями, но и умениями Дженсена и взломать дверной замок, вход забаррикадирован не был и охраны рядом с ним не наблюдалось.  Дальше задача была посложнее – добраться до палаты, где находятся двое «других».
К большому сожалению ни для кого уже не был секретом тот факт, что Райан находится под контролем «других» и это, увы, совсем не играло на руку сущности в сложившейся ситуации. Теперь приходилось быть осторожным вдвойне, прятаться по закоулкам и перемещаться, словно ты заправский ниндзя. В общем, делать все возможное и невозможное, чтобы не попасться на глаза бдительной дружины и их новоявленных помощничков.
Вот и сейчас бывший помощник внимательно прислушивался к любому шуму, шел медленно и осторожно, а иногда приходилось и побегать. Это напрягало, но совсем немного. Каких только подвигов не совершишь ради высшей цели.
То ли ему везло, то ли осторожность сущности и реакция Дженсена сыграли свое, но до нужной палаты «другой» добрался без приключений. Конечно, дать отпор он всегда был готов, но к чему лишний шум, если все можно сделать тихо. И, самое главное, по-хитрому.
Редкостная удача что люди, в большинстве своем, глупы. Они страстно желают верить в то, что все хорошо. Они радуются возвращению пропавших, размышляя лишь о причинах пропажи, но напрочь забывая о том, что иногда следует задуматься: а почему они, все-таки, вернулись.   Они старательно отрицают все нерациональное и невозможное, боятся заглянуть за грань неизвестного, но при этом каждое воскресенье ходят в церковь, надеясь, что за это им простят все грехи. Такие смешные и наивные, вечные дети.
И все же, недооценивать своего противника – большая ошибка. Это с умником-разумником все понятно, все его действия вполне можно предугадать, а вот что выкинет глупец в следующий момент, вот этого предсказать невозможно.
Но пора оставить рассуждения и начать действовать. Сейчас наступает самая сложная фаза придуманного «другими» плана.
- Док! Черт возьми, как хорош, что я нашел вас. -  Райан ворвался в палату и с порога, дабы никто не успел опомниться, обратился  к Айрин Линч. - Оу, мисс Форм, потише с этой штукой, - он взглянул на "грозное" оружие в руках Атакамы, которые она, похоже готовилась применить против него. А может ему просто показалось. - Я вам не враг, честно. Понимаю, вы меня опасаетесь из-за того, что сейчас творится. Самому страшно до сих пор от мысли, что внутри тебя засело нечто и руководит всеми твоими действиями. - Мужчина внимательно следил за реакцией доктора Линч и мисс Форм. -  Я прошу лишь об одном - выслушайте меня. То, что я  скажу, будет звучать странно и поверить в это трудно, особенно в такой момент, когда никому нельзя верить в принципе, но это я - Райан. Настоящий, Райан. Мне удалось избавиться от этой чертовой заразы внутри меня. До сих пор точно не уверен как, но если вы мне поможете, то мы разберемся с этим вместе и, возможно, спасем наш город.
Игра выходила очень опасной. Одно неверное слово, лишнее движение и плану придет конец. Но как говорят эти смешные люди: кто не рискует, тот не пьет шампанское. Хотя было непонятно, почему именно шампанское, совершенно бесполезный и не самый вкусный напиток.
- Если хотите, можете меня связать, чтобы вам было спокойнее. Так, наверное, даже лучше будет. Ведь я пока не знаю как и что со мной произошло, но чувствую изменение. Можете провести, не знаю, опыты, эксперименты. Все, что захотите. Но не делайте поспешных решений, обдумайте все. Сейчас я вас прошу только об этом.

+7

10

Мужчина в строгом черном костюме неподвижно стоял у пластикового окна палатки. За её пределами метушились люди в форме. Их генерал, повидавший, по его собственному утверждению, всё, должен был прибыть для экстренного совещания через пятнадцать минут. Теперь все совещания были экстренные и они проходили каждые два часа. Мужчине в черном костюме предстояло вести речь на ближайшем, но ничего свежего он сказать не мог. Мужчина знал, как сильно военные не любят переливание из пустого в порожнее, поэтому готов был предоставить любую, даже самую безумную, информацию, лишь бы не выступать с речью "мы все работаем и делаем даже больше своих возможностей". Они все действительно работали и действительно делали больше своих возможностей, но сейчас, как никогда, этого было мало.
- Сэр, у нас новая информация.
Вошедший отругал себя за то, что обратился "сэр", мужчина в черном костюме терпеть не мог формальностей, ему хватало их уже от общения с военными.
- Барт, это может показаться безумным, но ты просил сообщать тебе обо всех рабочих версиях, даже, если они будут включать в себе фантазии о пришельцах.
- Пришельцы - не фантазии, - мужчина в черном костюме обернулся на подчинённого, - впрочем, это зависит от уровня твоего доступа, - Барт Уолластон усмехнулся, хоть и радовался он не тому, что подшутил над вошедшим по поводу неопознанных летающих объектов, а тому, что впервые за день появилось словосочетание "новая информация". Они изучили этот Брайтонс Милл вдоль и в поперёк: историю, географию, геодезию, политику, жителей, сплетни и слухи. Уолластон знал о полях Брайтонса больше, чем о собственной макушке, равно, как и знали все, кто будут на совещании, которые сейчас проходят каждые два часа, но уже скоро будут каждый час. И вот теперь ему предстояло получить "новую информацию", и предоставить её на суд остальных. Пускай она будет хоть сколько-то годной, чтобы "мы все работаем" не осталось навсегда звучать в прошедшем времени.
- Итак, на Брайтонс Милл этим летом приземлилось НЛО?
- Скорее, сэр.. Барт, НЛО вырыло себе туннель из-под земли, то есть, совсем не НЛО тогда. С нами связался некий специалист из Нью-Йорка, он уже едет сюда, но переслал нам данные. Он утверждает, что это вырывается из глубин каким-то образом, и сейчас свирепствует под нами. Вернее, под ними. Под Брайтонс Милл.
- Вырывается из глубин? Ты хочешь сказать, что пропажа людей, их одержимость - это ещё не всё?
- Барт, это только начало, предвестники появления этого.. Лакеи, расстилающие красную дорожку. Да, кажется, так сказал тот человек из Нью-Йорка, - вошедший сверился с бумагами, хотя сравнение и так хорошо помнил.
- Что ЭТО такое он тоже сказал?
- Да, в этом и проблема. Звучит просто безумно. Он сказал, что из-за под земли вырывается...

Мощный толчок застал присутствующих в больнице каждого за своим делом. Шкала Рихтера навряд ли показала магнитуду больше 3-4, но в Брайтонс Милл никогда прежде землетрясений не было, и могло показаться, что расшатало их сильнее. Город один раз встряхнуло, заставив некрупные предметы повалиться со столов, но стены уверенно стояли, стёкла были целыми, зараженные "пациенты" остались на своих койках. Полная процедура гемодиализа одного из них как раз подходила к своему завершению, и кошмарные воспоминания принялись терзать голову бывшего учителя биологии в средней школе. Он вспоминал всё, что делал, когда сущность брала над ним верх. Учитель метался бы по койке, не держи его прочно ремни, но пока он всё ещё был без сознания и, к сожалению всех присутствующих в палате, ничего не мог поведать им о планах сущности, о планах, которые пугали его даже сильнее, чем собственные деяния в прошлом.

- Министр Уолластон, все уже собрались и ждут вас.
- Совещание откладывается на полчаса, мы ждём приезда одного человека из Нью-Йорка.
Министр обороны США заканчивал просматривать документы, принесённые его заместителем и ждал, когда автор этой безумной теории появится у границы Брайтонс Милла, чтобы лично аргументировать собственные слова. О толчке, произошедшем в городе, министру доложат лишь через шесть минут, что только подтвердит прочитанные им только что данные.

+7

11

Айрин оставила при себе комментарий о том, что она бы, как и добрая половина горожан, предпочла бы находиться где угодно, но только не в Брайтонс Милл, впрочем, с где угодно женщина хватанула, поскольку, зная извращенное чувство юмора у высший сил, если такие все же существовали, доктор Линч могла бы оказаться в какой-нибудь горячей точке, где вместо музыки был бы шум разрывающихся снарядов, а вместо связанных вернувшихся вооруженные до зубов местные жители.
– Благодарю Вас. – с нескрываемой признательностью в голосе говорит рыжеволосая Форм, про себя отмечая, что ее помощница отличается быстрой реакцией и не боится перейти к насилию, что в данной ситуации было только на руку. Айрин не тратила времени на то, чтобы перевести дух и посетовать на то, что какой-то дружинник, видимо, отвлекся на отправление смски, вследствие чего напортачил с узлами, поэтому она поспешила ко второму, пребывавшему без сознания брайтонцу, убеждаясь в том, что он с места не сдвинется и затягивая ремни покрепче. Уж лучше у ее сегодняшних пациентов будут следы от ремней на запястья и щиколотках, чем они вырвутся из пут, разберутся и с ней, и с Атакамой, тем самым приблизив конец городка. – Мы будто на Титанике, мчащемся на всех порах к айсбергу, но при этом делаем вид, что еще можем сменить курс. – затягивая потуже ремень, пробормотала себе под нос Линч. Она хоть и не была сторонником упаднических настроений, все же прекрасно понимала, что иногда отрицать очевидное бессмысленно.
Доблестный шериф городка подоспел в палату тогда, когда его помощь уже была не так чтобы и очень уж нужна, тем не менее наличие стражей правопорядка вслеляло в рыжеволосую хоть какую-то уверенность в завтрашнем дне.
– Шериф.. – начала было Айрин фразу о том, что она врач, а вовсе не один из его помощников, чтобы иметь при себе огнестрельное оружие, но все же забрала пистолет, оставив возражения при себе, в голове тем временем мелькнула мысль о том, что тот факт, что она прожила под одной крышей с ФБР-овцем чуть ли не десять лет наконец окупится. – Колыбельная так колыбельная. – доктор не была уверена в том факте, что Шерман все же не шутил (она успела прийти к выводу, что шутить шериф мог, в общем-то, над всем).
– Мэри Сторм. – бросила Рина с задумчивым выражением лица, когда Шерман покинул палату, и замолчала на минуту-другую, запоздало понимая, что имя одной из вернувшихся не являлось ответом на вопрос. – До прихода шерифа Вы интересовались о вскрытии тел вернувшихся. Я присутствовала при вскрытии мисс Сторм. Как Вы скорее всего знаете, ее тело нашли ровно месяц назад на окраине города со следами побоев. – не знать об этом было сложно, поскольку помощница кандидата в мэры являлась первой вернувшейся, которая погибла от рук неизвестных. Айрин, как и многие брайтонцы, подозревала, что к смерти девушки были причастны те жители города, что особенно активно пропагандировали идею о том, что нужно самим вершить правосудие, а вернувшиеся вовсе не те, какими их помнят их близкие, но на данном этапе расследования никаких доказательств не было. – И могу сказать, что никаких изменений с ее органами не произошло. Она была совершенно здорова, я бы даже сказала, что с ее показателями она бы вполне могла прожить и до ста лет, если не дольше. Разумеется, это если не брать во внимание тот факт, что она была забита до смерти. – за долгие годы работы в медицинской сфере Линч успела приучить себя к тому, что не стоит ужасаться состоянию пациентов, однако изуродованное тело и лицо Мэри Сторм, всплывшее у женщины перед глазами, не особенно вдохновляло, но зато напоминало, почему Рина сейчас цеплялась за соломинку и уповала на то, что гемодиализ сработает.
Айрин лишь чуть приподняла брови на сообщение шерифа о том, что все спокойно (попутно перевела дух хоть немного), и чуть нахмурилась, услышав песню, впрочем, от музыкального сопровождения женщину буквально через несколько минут отвлекло появление Райана Дженсена, который, как однозначно была уверена Линч, являлся одним из вернувшихся.
Она не сводила внимательного взгляда с помощника шерифа, который в общем-то говорил все, что нужно, но сотня с лишним вернувшихся притворялась чуть ли не два месяца, пускай, и ходили слухи о том, что они вовсе не те, за кого себя выдают, тем не менее, многие граждане свято верили в то, что вернулись именно те, кто и должны были. К тому же история знает немало примеров того, как враг засылал в ряды своего соперника жаждущего оказаться полезным человека, который на деле попросту выведывал стратегически важные данные. Это вовсе не означало, что Айрин не верила Райану, во всяком случае выглядел он именно так, словно действительно хотел помочь и ей, и Атакаме, и всем присутствующим в госпитале, и всему городу, но доверяй, но проверяй, как говорится.
– Мистер Дженсен, Вы должны понимать, что мы не можем просто довериться Вам, потому что Вы утверждаете, что исцелились. Но я буду безмерно рада, если это действительно так. – «это будет означать, что у нас есть какой-никакой шанс.» Рина тщательно взвешивала каждое слово, так как в том случае, если Райан действительно стал сам собой, то ей нужно было иметь его на своей стороне, а в том случае, если он все же засланный казачок, то было необходимо выведать у него, как можно больше сведений, делая вид, что они на одной стороне. А ведь последнее, во что Айрин хотела ввязываться, когда перебиралась в Брайтонс Милл, это игры ума. – Пожалуй, мы все же воспользуемся Вашим предложением связать Вас. Мисс Форм, не будете ли так любезны? У вас чудно получаются узлы. – обратилась она к Атакаме, попутно обводя палату взглядом. – Вы понятие не имеете, что именно произошло, и как вы стали сами собой? – Линч внимательно осмотрела Дженсена, хоть и понимала, что по внешним признакам едва ли можно было определить является ли человек зараженным или все же нет.
Разговор прервался тряской, которая была ничем иным, как землетрясением, пускай, и не таким сильным, как в фильме «Сан-Андреас», однако вполне ощутимым, особенно для пары-тройки пузырьков, что разбились. Айрин же, успевшая схватиться за борт кровати одного из пациентов, в большей степени была обеспокоена за процесс очищения крови, но, проверив показатели, Рина убедилась не только в том, что все в порядке, но и в том, что процесс гемодиализа у одного из других (не тот, которому наскучило быть Спящей Красавицей) подошел к концу, что само по себе было неплохой новостью, но делать какие-то определенные выводы рыжеволосая не спешила.
– Мистер Дженсен, Вы согласитесь на анализ крови? Я бы хотела взять его и у Вас, и у мистера Андерсона, – Рина кивком головы указала на связанного мужчину. – Дабы удостовериться в том, что зараза действительно покинула ваши организмы. – Линч взяла несколько пробирок, чтобы взять кровь для необходимых анализов. Обычно этим занимались медсестры, но в данном случае женщина предпочитала не доверять никому, она бы и в лаборатории предпочла бы лично проверить каждый показатель, но все же вынуждена была уступить место местным работникам, так как понимала, что она не может делать абсолютно все. – И не подскажите, как Вы нашли нужную палату? – таким тоном, словно она интересуется о том, где Райан стрижется, поинтересовалась Линч.

+8

12

...

такое ощущение, что мне снова нужно учиться писать после такого перерыва http://funkyimg.com/u2/1686/497/851272_gif.gif
p.s. я не напрашиваюсь на комплименты, если че))))

Майк и раньше ощущал гипнотизирующие нотки в голосе этой девушки: ты никуда не должен идти… Но впервые, наверное, перед его глазами возникла вся картинка так четко и ясно: ты должен остаться, остаться тут или взять меня с собой. Ей не хватало только золотистого медальона на цепочке, который можно раскачивать перед глазами Кроу: спи, Майкл, слушай мой голос, останься… Со мной.
Бьянка и раньше манипулировала своим лучшим другом. Парень это понимал, но нередко шел на поводу Майореску, ведь ничего плохого в том, что он поступит, как хочет Бонни, не было, правда? Но потом появилась Далия, заслонив его надежным щитом от влияния румынки. Майкл стал глух и слеп ко многому в окружающем мире, его внимание, как магнит металлическую стружку, ранее рассыпанную повсюду, притягивала любимая.
Впрочем, изменило Майка не это.
Кроу просто покосился на Бьянку исподлобья, кажется он смотрел на нее слишком долго, но потом отвел взгляд.
- Я хорошо и быстро бегаю, - быстро бегать индейцу пришлось научиться задолго до того, как Айзек начал тренировать сыночка своего старого знакомого. Когда драться было глупо, бессмысленно, невозможно, самоубийственно, Кроу не стеснялся сбежать (если не включался режим супермена на «я всех спасу сегодня, сейчас» - тогда никакие силы не смогли бы полукровку сдвинуть с места и заставить бросить кого бы то ни было в беде). – Думаю, что обсуждать этот вопрос дальше не стоит. – парень не готов был снова поверить в то, что Майореску может рассуждать по-настоящему здраво и не пытаться прогнуть его и весь мир под собственные интересы.
Майк отвернулся к Хьюстону, чтобы показать, что разговор действительно окончен. Он хотел бы быть помягче, хотел бы извиниться за свою демонстративную холодность, но тогда Бьянка не поймет… ничего не поймет. Кроу правда хотел, чтобы девушка, с которой он знаком с детства, благополучно пережила этот день и встретила очередной рассвет.
- Да, мне надо вернуться туда, - «За братом и сестрой,» - а что? – ему показалось, что Уилл проявляет не праздное любопытство и не пытается просто поддержать разговор в условиях, когда в воздухе вот-вот начнут рассыпаться опасные, раскаленные искры. Блуждание какой-то мысли в черепной коробке отразилось на юном лице мальчишки, и Майка бы не удивило, если бы в какой-то момент она проступила бы бугорком под кожей где-нибудь на лбу и двинулась бы в сторону рта, чтобы превратиться в слова: просьбу, опасение, напутствие.
Шериф появился не то чтобы совсем неожиданно, да и момент был недостаточно драматичным, чтобы Майк испытал раздражение, не получив ответа на свой вопрос. Тем не менее пока Хьюстону любезный Санта со значком презентовал драгоценное средство связи, Кроу снова показалось, что он остался с Бьянкой наедине:
- Извини, но я все равно сделаю так, как считаю нужным.
Индеец кивнул шерифу прежде, чем тот отправился дальше.
- Отлично… теперь у нас, - кажется, где-то в сознании журналиста их троица незаметно для него самого сплавилась в некую единую субстанцию, которую, не приведите высшие силы, у Майка повернется язык назвать «командой», например, - есть рация, - Кроу ободряюще коснулся плеча Уилла.
- Эй, ребята, помощь нужна? – оказывается, этот городишко могут сплотить не только праздники с пирогами! Майк попытался улыбнуться подошедшей и поднял руки, демонстрируя их вполне приличное состояние.
- Спасибо, мы в норме.
Подробно излагать причины и обстоятельства их появления в больнице в целом и в столовой в частности журналист не стал. Не было ни сил, ни желания тратить чье-то время, особенно если через пару часов их сотрут с лица земли. Майкл задумчиво проводил взглядом женщину, которую в последнее время часто видел в управлении шерифа, затем посмотрел в сторону одного из выходов в коридоры.
Чутье не подвело: между приоткрытыми дверными створками мелькнула фигура помощника шерифа. Кроу сглотнул. Он чувствовал, как кровь отливает от его лица. «Другой» шел в ту часть здания, где работала доктор Линч.
- Здесь Дженсен, - резко выдохнул индеец и быстрым шагом направился к двери. – Уилл, сообщи шерифу, что в здании свободно разгуливает возвращенец. Передай ему, что это Райан Дженсен, - на ходу Кроу обернулся к своим спутникам. В темных глазах индейца легко было прочитать главное: он не может позволить кому бы то ни было помешать найти спасение для его близких, чего бы то ни стоило ему самому.
Когда Майк оказался в довольно хорошо освещенном коридоре, Райана в поле зрения уже не было. Мужчина, вероятно, скрылся за поворотом или спрятался. Однако журналист не собирался, как собака, обнюхивать каждую щель. Парень целенаправленно двигался к палате, где проводился эксперимент. Если Дженсена там не окажется, то журналист будет думать о том, где же его искать, но сейчас каждое мгновение промедления может привести к трагедии.

Сердце уже билось в самом горле, когда Кроу приблизился к «лаборатории» доктора Линч. Казалось, что его вот-вот просто стошнит одуревшей конвульсирующей и мешающей дышать мышцей. Майк надавил на дверную ручку и вошел бы внутрь, если бы пол под его ногами не содрогнулся. Лампы на потолке несколько раз нервно мигнули, вырубились, затем вспыхнули снова, но не все. Стало темнее.
«Что, черт возьми, творится?»
Твари не стали ждать, пока их разнесет заботливое правительство США? И решили подорвать здание больницы – один из последних оплотов тех, кто все еще умудрялся избегать заразы?
На секунду в голове Майка промелькнула мысль, что появление Дженсена – отвлекающий маневр, но Райан был слишком неприметен, чтобы действительно сконцентрировать на своей персоне максимум внимания тех, кто находился в больнице. Может быть, все наоборот: и это землетрясение должно было отвлечь всех от шпиона?
Индеец тряхнул обросшими волосами. Чтобы там не происходило – снаружи полным полно дружинников, а вот доктору и ее ассистентке может пригодиться помощь.
…Безусловно, Майкл эгоистично хотел защитить потенциального спасителя Митча и Розалин.
- Доктор Линч, - Кроу разве что не ворвался в палату. Райан был уже внутри, его даже связали. – Я уверен, что Вам пригодится может пригодиться помощь.
Парень окинул взглядом помещение.
- Зря Вы его сюда впустили. Вы же знаете, что помощник шерифа – один из Них.

Отредактировано Michael Crow (2017-03-04 22:44:13)

+6

13

– Думаю, что обсуждать этот вопрос дальше не стоит.
После этих слов можно было бы сказать, что Бьянка расстроилась, но Бьянка не расстроилась. Она стиснула зубы и чуть поджала губы. Стоило только Майку отвернуться в сторону Уилла, девушка тяжело вздохнула и закатила глаза. Идти в город было самым идиотским решением, которое только могло прийти в голову лучшего друга (если Бьянка, конечно, все еще могла его так называть). Ей, впрочем, было не понять, каково это волноваться за близких людей, которые где-то там, в городе, где всюду шныряют «другие» и толком не знаешь, кто все еще на стороне хороших парней, а кого уже обратили. Бьянке хорошо было и здесь, где конкретно её задница была в относительной безопасности. Ей было спокойно рядом с Кроу, потому что она знала, что даже если он обижен на неё, случись с ней что-нибудь на его глазах, он обязательно кинется её защищать. Ну просто потому, что это Кроу. Естественно, её не устраивал расклад, при котором её хотели оставить здесь одну в обществе какого-то малолетки.
Появление шерифа и какой-то женщины нисколько не остудило пульсирующее от раздражения сознание Бьянки. Наоборот, тот факт, что в здании страж порядка, мог стать дополнительным поводом для Кроу оставить её здесь одну. В любом другом случае, Майореску было бы наплевать, кто будет её защищать, но к Майку у неё была особая привязанность. Он должен, нет, просто обязан был быть рядом с ней.
- Извини, но я все равно сделаю так, как считаю нужным.
- Как хочешь, только потом не забудь найти меня, чтобы я смогла сказать «я же говорила», - съязвила румынка. По большей части она всегда поддерживала решения, которые принимал парень, но это был тот самый, один из десяти, когда Бьянка не могла согласиться. Хотя и спорить дальше не стала. Да и было не зачем. Через какое-то время после того, как шериф и его спутница уже скрылись в коридорах, Майк заметил еще одного, на этот раз, не слишком желанного, прохожего. Кажется, вопрос с походом в город отпал сам собой, Бьянка как всегда оказалась права, Кроу остается в больнице и все счастливы. Я же говорила, усмехнувшись, подумала она.
- Уилл, держись рядом, - Майореску покровительственно встала рядом с мальчиком и положила ему ладонь на спину, всем своим видом демонстрируя, что в случае необходимости готова выступить в роли главной заступницы. На деле, конечно, держать Хьюстона рядом, теперь, когда Майкл ломанулся преследовать возвращенца, было в её интересах. Во-первых, у мальчишки была рация, из которой еще недавно доносился успокаивающий голос шерифа о том, что все спокойно. Во-вторых, если вдруг им на пути встретятся еще «другие», будет, кого толкнуть им в лапы и сбежать. Все-таки он маленький и легкий. 
- Наверняка Дженсен хочет помешать доктору Линч, - обеспокоенно проговорила Бьянка, - и если это так, Майк уже там. Пойдем, найдем что-нибудь тяжелое, - рассудила она и, подталкивая Уилла, направилась к выходу из столовой. Идя по коридору, Майореску сканировала все попадающиеся на глаза предметы, прикидывая, что будет сподручнее, когда она решит дать кому-то по голове. Кушетка на колесиках могла пригодиться разве что только для развлечений, но сейчас было не до этого. Пластмассовое ведро – нет, швабра – нет. В больнице вообще было что-то подходящее? Когда они начали подниматься на второй этаж, где вела работу доктор Линч, Бьянка полезла в карман за сигаретами. Уж очень много чего её нервировало, а вокруг все равно не было никого, кого волновало, что курить в больнице запрещено. Правда, закурить румынка так и не успела. Их не слабо затрясло. Девушка выронила сигареты, одна нога соскользнула со ступеньки. Бьянка едва успела схватиться за перила.
- Какого черта? – сколько она себя помнит, землетрясений в Брайтонсе никогда не было, - эй, Хьюстон, ты живой? – хотя больше Бьянку волновало цела ли рация.

Отредактировано Bianca Maiorescu (2017-03-08 11:06:49)

+5

14

Вопрос Майка был предсказуемым, но, тем не менее, сумел застать Уилла врасплох: придумать, зачем бы ему понадобилось в город, времени не было, а отвечать честно что-то в духе «Сгонять домой за ноутбуком» - идея так себе, учитывая обстоятельства. Не то чтобы ему надо было привыкать, что его считают с приветом, но всегда предпочтительнее было этого избежать. Поэтому появившийся в кафетерии и решивший почтить их компанию своим присутствием шериф оказался очень кстати, чтобы Хьюстону не пришлось выкручиваться с ответом.
Своей жертвой, в смысле, лидером их группы, с которым он и будет говорить, Шерман выбрал именно Уилла, при том обращался к нему так, будто Уиллу было не пятнадцать лет, а, по крайней мере, пять. Чувствовавший себя крайне неудобно и сильно надеявшийся на то, что не начал от этого покрываться пятнами, Хьюстон беспрекословно принял в дар рацию и негромко выдавил «Спасибо». Ну а насчет достижения совершеннолетия у него возникали серьезные опасения, не говоря уж о том, что если они всё это переживут, то он зарекся впредь вообще брать в руки пистолет. Так что спасибо, конечно, за предложение, но он, пожалуй, откажется.
После шерифа к ним заглянула его напарница (или кем она там ему приходилась) и, убедившись, что все в порядке, ускользнула вслед за Шерманом, тем временем решившим устроить обитателям больницы музыкальную паузу и включивший кавер на песню Radiohead с весьма тематическим названием. Практически одновременно с этим Майк насторожился и сообщил им то, что благополучно проморгал Уилл, которому угол обзора с его места так себе помогал следить за происходящим в коридоре (да и в принципе внимательность была не на высоте): что в больницу проник бывший помощник шерифа, ныне всем известный «другой» Райан Дженсен. И дал инструкции своему младшему товарищу доложить об этом шерифу.
Легко сказать! Хьюстон растерялся и начал лихорадочно вспоминать, как люди вообще общаются по рации. Ну, типа, стоит сказать «привет»? Хотя ведь виделись уже, так что может и не стоит. У них же, наверное, есть какие-то позывные и коды безопасности, вот только почему тогда шериф ему ничего об этом не сообщил? Сам он часто повторял слово «прием»; наверное, стоит сказать «прием»? Да, пожалуй, это и стоит сделать.
Какая, он говорил, должна быть кнопка? Третья? Кажется, третья. В крайнем случае, Уилл надеялся, что с рацией сложно накосячить.
– Эм… прием? – в фильмах и сериалах люди с рациями выглядят такими крутыми, уверенными и знающими свое дело, но Уилл ощущал себя крайне глупо, хотя и осознавал, что стоит выкинуть все это из головы и просто сказать, что положено. – Мистер Шерман? У нас тут… рядом с кафетерием… возникла небольшая проблема… в лице Райана Дженсена, – ладно, это было не так уж и страшно. Правда, стоило бы сориентировать шерифа получше, но как Уилл может сориентировать, если сам его не видел?
Впрочем, на ум приходило только одно место, которое могло интересовать возвращенца, и наверняка хваленый коллективный разум «других» уже подсказал Райану о нем.
– Не уверен, но, кажется, он направлялся на второй этаж, – все-таки уточнил Уилл.
Майкл умчался вслед за Дженсеном, оставив Хьюстона в компании своей подружки, что совершенно не приводило его в восторг (если его вообще что-то могло сейчас привести в восторг, не считая хороших вестей от доктора Линч, на которые и раньше-то он не особо рассчитывал, а ввиду появления Дженсена и подавно). Уилл ненавязчиво попытался сбросить руку Бьянки и, боже мой, да почему его все сегодня трогают?
– Наверняка Дженсен хочет помешать доктору Линч, – произнесла девушка.
Ага, подумал про себя Уилл. Он пришел к тому же выводу пару минут назад, когда докладывался шерифу. Ну а Майк, по-видимому, и того раньше, иначе куда бы он еще мог умчаться так целеустремленно, будто знал, куда идти?
– Пойдем, найдем что-нибудь тяжелое, – очевидно, что план выбраться из больницы был уже неосуществим (если у них вообще успел созреть план), тем более что если кто-то сейчас помешает доктору Линч, то любые другие мероприятия в городе станут бессмысленными, поэтому возражений не последовало.
В принципе, у Уилла все еще был с собой шокер, который он для собственного спокойствия продолжал сжимать в кармане и который все равно оказался бы эффективнее многих подручных вещей, какие они могли бы найти на случай, если придется прибегать к мерам защиты. Тем не менее, по сторонам он все-таки поглядывал, хотя бы потому что оставлять Бьянку безоружной ему и самому было невыгодно; впрочем, на глаза все равно не попадалось ничего эффективнее штатива для капельницы, который таскать за собой было бы, прямо скажем, не верхом удобства. В результате Бьянка тоже ничего не нашла и вместо этого к неудовольствию Уилла зашуршала пачкой сигарет. Впрочем, ее вредительской миссии не суждено было совершиться, потому что пол под ногами вдруг заходил ходуном, и пришлось срочно уцепиться за что-нибудь, чтобы устоять на ногах.
Насколько помнил Хьюстон, землетрясения обычно возникают по причине тектонических смещений и разрывов в земной коре. По его последним сведениям, ни того, ни другого не наблюдалось в штате Вашингтон. Поэтому в мозгу автоматически включился генератор невероятных теорий, следуя которым, «другие», скажем, могли заложить под городом свои инопланетные бомбы или что-то в этом роде. Что же, мало им было «других», еще и это?!
– Вроде… – не слишком уверенно ответил он Бьянке, когда та осведомилась о его сохранности, и поднес к лицу рацию, которую чудом не выронил во время землетрясения. Лететь ей, конечно, было бы невысоко, но все же… – Мистер Шерман, вы тоже это ощутили? – обратился он к шерифу так, будто полиция была всеведущей субстанцией и имела ответы на все вопросы. Впрочем, Хьюстон в любом случае предполагал шерифа более компетентным собеседником и устрашающим, но все же более желательным, чем Бьянка. И глядите-ка, то боялся с ним заговорить, а потом ничего, втянулся. А может, просто счел для себя, что будет проще представлять вместо грозного дядьки с пистолетом и значком какую-нибудь систему искусственного интеллекта вроде Siri – все равно собеседника не видно, так какая разница, зато Siri умеет остроумно отвечать на фразу «Люк, я твой отец». – В Брайтонс Милле же не бывает землетрясений, что это было?
Что бы ни было, до этого их группа поддержки пыталась нагнать Майка, так что хочешь-не хочешь, а подниматься на ноги надо. Глянув вопросительно на Бьянку, Уилл двинул дальше по лестнице вверх.

+6

15

Время,  действительно, умеет останавливаться. Как в фильмах - замирать, когда капли дождя висят в воздухе, не долетая земли. Обездвиженные люди вокруг  не издают ни звука, отчего в ушах звенит тишина.
А Шерил умеет удивлять. Весь прошлый день, Генри представлял, как все это пройдет. Как они выпьют шампанское, может быть подстрелят пару зомбаков, он будет нервничать и долго не решаться признаться в том, что сам для себя не сформулировал. Да и действительно: что он может предложить этой женщине? Дом-верх-дном в городе кишащем зомбаками, себя-старика и очумелую падчерицу в довесок? Вряд ли ее это заинтересует. Однако Шерил подсократила намеченный план и, минуя вопрос, сразу перешла к ответу. Тогда-то время и остановилось.
Стоило предугадать, что Шерил, если умеет останавливать время, умеет его включать и даже ускорять. А оно было именно ускорено, потому что за следующие пару минут произошло слишком много событий. И вот, что именно произошло:

Первое.
Все началось со слов "ты это видел" - видимо магического заклинания, после которого все летит к чертям. Мысленно туда Шерман и полетел, потому что такого облома не случалось с ним, пожалуй, никогда на свете. Там, с чертями, он бы и жил, еще и стучал бы палкой по трубам, чтобы все помнили, какой он несчастный был человек. Если бы не испугался за Шерил, отчего резко повернулся в сторону ее взгляда и рефлекторно рукой подвинул ее за себя. Шериф вглядывался в улицу через стеклянные двери больницы. И хоть они стояли в центре зала, плюсом было то, что в нем было темно, тогда как на улице светили фонари навстречу входящим. Т.е по идее, если не шевелится, первые несколько секунд распознать их очень сложно.

Второе. Но все это шло к черту,потому что вдруг зазвучала рация обнаружив их. Шерман подскочил от неожиданности, схватил Вишню за руку и чуть пригнувшись побежал за стойку рецепшена , ведя детектива за собой. Выглянув из нее достал пистолет и прицелился в пустоту, оглядывая зал. Между тем, рация доверещала свой рассказ, ошарашив шерифа именем Райана Дженсена. Мозги закипели. У мужчин с мультизадачностью, как известно не очень, и Шерман не знал, что делать - остаться здесь с "ты это видел" или идти разбираться с помощником шерифа. Точнее, на что оставить Вишню. Странное дело, но за пару секунд она из боевой и одной из лучших единиц, на которых можно положиться, превратилась в то, что нужно хранить как зеницу ока и лучше запереть в бункере до лучших времен.

Третье.
- Как думаешь, здесь есть бункер?, - прошептал Шерман, все также шаря глазами по залу. Но она не успела ответить, а он не успел принять решение. Вдруг все заходило ходуном, особенно стаканчик для анализов, что стоял на стойке. Попрыгав до конца стола, он совершил акт суицида, бросившись в пропасть т.е на кафельный пол. От ушиба все внутренности, т.е недопитое шампанское растеклось, а Шерман с Шерил окончательно себя выдали. Этому свидетельствовало и то, что в эту секунду что-то очень тяжелое влетело в стекло и то, посыпалось водопадом мелких осколков.
Рация снова заверещала.
- Откуда мне знать? Господь Бог на другом канале, - просипел в рацию Шерман, а следом вызвал по рации одного из дружинников. - Эй, беги к доктору Линч, там Дженсен. В случае чего, стрелять на поражение.
Вожак был прав - в Брайтонсе землетрясений не было. Тогда, что это?
Шерман посмотрел на Вишню. Больше времени на раздумья не было. Он кивнул ей, как бы спрашивая "Ты готова?"  и выйдя из укрытия, пошел в сторону разбитого стекла.

Отредактировано Henry Sherman (2017-04-04 14:40:31)

+5

16

Да, она сама разрушила такой прекрасный момент, который может уже и не повториться, но Шерил отлично понимала, что если она проигнорирует странное движение, увиденное ей, то никогда не простит себе этого.
И она правда оценила попытку Генри спрятать ее за себе, с трудом удержавшись от желания обнять его. Почему, черт возьми, им нельзя было встретиться как двум нормальным людям, и проводить время вместе в каком-нибудь уютном кафе, а не на передовой в войне с зомби?! Несправедливо.
А затем до поры молчавшая рация заговорила голосом подростка, сообщая Генри тревожные новости, о том, что один из других пробрался на территорию больницы.
Как этот сукин сын пролез сюда?! Именно этот вопрос больше всего интересовал Шерил, ведь они постарались перекрыть все выходы, оставив лишь несколько, да и те хорошо охранялись. Выходит, где-то здесь есть слабое место, через которое в любой момент могут полезть враги. Именно поэтому детектив отдала приказ по рации:
- Вы, на крыше! Смотрите в оба, если увидите хоть кого-то, делаете один предупредительный по земле. Не останавливается - стреляете на поражение. Даже если это ваш брат или мать, - да, Гастингс прекрасно понимала, что на такой шаг решится далеко не каждый, но сейчас все дело заключалось в выживании. Либо мы, либо они, другого не дано.
"Бункер?" - только и успела подумать детектив, закончившая разговор по рации, прежде чем вокруг все задребезжало, запрыгало и сдвинулось со своих мест, словно даже вон те скамейки для посетителей торопились сбежать подальше от Брайтонса. Шерил инстинктивно накрыла голову руками, чтобы на нее не прилетел какой-нибудь кусок штукатурки, однако, сориентировавшись в том, что толчки не настолько сильные, опустила их.
Она испугалась, а в их ситуации страх был непозволительной роскошью, ведь сейчас им приходится отвечать за жизни и безопасность всех людей в этом здании. А значит нужно взять себя в руки, и действовать как и положено профессионалу. Служить и защищать. И думать головой.
В Луизиане, в отличие от той же Калифорнии, не случалось землетрясений, по крайней мере за все время, что Гастингс жила или бывала там. Вот наводнения, это да, к ним местные привыкли - почти у всех в доме имелся набор для чрезвычайных ситуаций, с которым можно было смело уходить из дома при эвакуации. И, насколько могла судить по местным жителям и их реакции на непонятные толчки женщина, землетрясения в Брайтонс Милл тоже были чем-то из ряда вон выходящим.
А если учесть, какой сюрприз преподнесла людям природа, да еще совместить его с происходящими вокруг ужасами, на ум приходила мысль, что все это неспроста.
Интересно, могли ли эти недозомби сделать что-то, чтобы вызвать землетрясение? И если да, то что, и как с этим бороться? Потому что если Черри точно знала, что других можно убить, то как остановить природное явление, она не представляла. Как будто им проблем с озером было недостаточно.
И вообще, Гастингс сильно надеялась, что вся эта тряска началась не потому что военные, окружившие город со всех сторон, не решили начать уничтожение опасного места раньше положенного времени. В конце концов, тут еще остались нормальные люди, которым очень хочется жить.
Пожалуй, Шерил стоило бы отправить Генри вот прямо сейчас к доктору Линч, однако, с учетом сложившейся ситуации, она не знала, справиться ли тут одна. А красиво помирать накануне того момента, как государство и так собирается прибить весь город, очень не хотелось. К тому же, шериф уже вызвал подмогу на верхний этаж - его должны были услышать все, кто настроил рацию на указанную волну, а не только дружинник. Детектив надеялась, что этому самому Дженсену придется несладко - кем бы он там ни был, численный перевес пока не на его стороне.
Однако стекло, с характерным звоном рассыпавшееся на тысячу кусочков, остановило любые размышления о том, чтобы отослать Генри на второй этаж. Она не ошиблась, кто-то, или что-то, находился снаружи и пытался попасть внутрь.
Поэтому женщина кивнула в ответ шерифу, и достала свой пистолет, прикрывая Шермана.
Конечно, можно было бы предупредить тех, кто на улице, что они будут стрелять, но сейчас это было лишним.

+4

17

Семь человек, сидящих за столом в палатке для переговоров, уже сменили недоверчивый взгляд удивлённым. Среди них было семь циников и столько же прагматиков. Лишь трое из семи в достаточной мере верили в Бога, чтобы начать кивать чуть раньше. Остальные четверо, возможно, и продолжали сомневаться, но Брайтонс Милл окружила водная стена, поглощающая всех, кто пытался войти в город, она вывела из строя вертолёт, а уж что творили люди на территории самого города... Всем, сидящим за столом в палатке для переговоров, пришлось поверить мужчине в немного помятом от перелёта коричневом костюме. К тому же, бумаги с исследованиями, которые он представил, оставляли не много сомнений.
Мужчина сделал большой глоток воды, не отводя взгляд от присутствующий. Он только что изложил им теорию, над подтверждением которой работал последние двадцать пять лет своей жизни. И вот теперь профессор Роб Ирвин находился по водную стену от главного подтверждения.
- Оно находилось там задолго до появления людей на этой планете, - Роб увидел, что военные и политики готовы слушать его дальше, а потому продолжил: - это сила, которая раньше считала себя доминирующей здесь. Зло, что было до всего. Самое первое, самое чистое. Зло, с которого всё началось.
- То есть, это не пришельцы? - мужчина, сидевший ближе всего к Робу уточнил на всякий случай. Всё же стоит знать истоки.
- Зависит от того, что Вы считаете пришельцами. Вы смотрите на Землю, как на часть галактики, а нужно ещё всеобъемлюще. Представьте себе одну вселенную и тьму, которая может её поглотить. Сущность, вырывающая из-под земли в Брайтонс Милл, и есть эта Тьма. И она считает, что пора вернуть себе бразды правления.
- Но почему именно сейчас? - спросил министр Уолластон.
- Мы облажались.
Профессор Ирвин снова выпил воды, понимая, что от него ждут более объемного ответа.
- Все мы, люди на этой планете, впускали зло в наш мир каждый день, каждый час. Я не проповедник и не буду утверждать, что стоило открывать душу богу и свету, - три человека поджали губы на этой фразе, а Роб продолжил: - но первоначальное зло ощутило в себе достаточную силу, чтобы начать возвращаться. И я считаю, что Брайтонс Милл - это лишь часть его плана.

Любителям драматичных эффектов понравилось, если бы выстрел прорезал больничную тишину, но, на самом деле, тихо в больнице не было. К тому моменту, как, прислушиваясь к указанию детектива Гастингс, один из дружинников выстрелил по земле, внутри уже давно роилось множество звуков. Вечер перешел в ночь, а та близилась к рассвету. Райан Дженсен выполнил свою миссию, узнав, что исследования доктора Линч увенчались успехом. Теперь об этом знал каждый одержимый и для них критически важным было, чтобы по окончанию фазы в Брайтонс Милл, больше никто не выяснил способ.
Две сотни одержимых окружили больницу и не менее двадцати уже было внутри. Им нечего было терять, зло внутри каждого разливалось по венам и артериям, давно подчинив себе людей. Завязалась потасовка дружины и одержимых, несколько "злых соседей" прорвалось и к палате доктора Линч.
- Жаль, вы считаете это концом, - в один голос говорили они, не прекращая битвы, - и жаль, что не увидите настоящий конец.
Мужчина вытащил оружие из-за пояса и, направив пистолет на врача, выстрелил. В этот момент каждый находившийся в больнице одержимый замер, и хоть одному выстрелу удалось прорезать больничную тишину. Но сразу после стоявшие последним оплотом своего города жители подверглись нападению одержимых. Две сотни, ждавшие безмолвного знака, одновременно направились ко всем входам в больницу.

- Думаю, оно не может само полноценно покинуть недра земли, поэтому пришлось привлечь наше внимание, захватывая один из милейших городов на земле, - тут профессор Ирвин красоты Брайтонса слегка приукрасил, но мысль свою донёс, - оно выбрало страну, которая в то же время не пожалеет снести этот город с лица земли ради общего блага. О, я удивлён, что оно не начало с КНР, но нам есть о чем задуматься, не так ли?
Военные были готовы выступить с речью: мы всегда делаем, что от нас требуется, мы готовы защитить интересы большинства, даже если нужно снести "один из милейших городков на земле", но профессор Ирвин продолжил говорить, планируя завершить речь.
- Если вы направите бомбы, ракеты или что вы там собирались направить на Брайтонс Милл, то не просто убьёте тысячи невинных людей, но и освободите изначальное зло, которое только и ждёт внешний толчок. Почему иначе, по-вашему, оно "забаррикадировало" город? Зло привлекало ваше внимание, ролик в интернет выложило, доводя до точки кипения. Почему было просто не захватить планету молча, осуществляя свои угрозы, если бы оно могло это сделать без нашей помощи? Если вы выпустите эти ракеты, конец будет не только Брайтонсу. Но и всему человечеству.

+5

18

Ей, признаться, было неуютно от присутствия Райана в палате, пускай, он и был связан Атакамой, доктор Линч не могла сдержать себя от того, чтобы время от времени не кидать на помощника шерифа внимательные взгляды. Когда же в палату ворвался еще и Майкл Кроу (очевидно, ее импровизированная лаборатория набирала популярность) рыжеволосая едва сдержала себя от того, чтобы не вздрогнуть от звука распахивающейся двери. Айрин как раз набирала в пробирку крови у одного из привязанных к кровати мужчин, решив не звать для этой простейшей процедуры медсестру, так как, во-первых, предпочла не вовлекать еще одну переменную в уравнение, во-вторых, не хотела отсылать Форм или уходить самой из палаты, наполненной зараженными людьми, пускай, как женщина надеялась двое из трех благодаря усовершенствованному диализу вернулись к своему единственному сознанию в их голове.
– Буду признательна. – с вежливой улыбкой ответила Линч на предложение Кроу о помощи. Она не была уверена то, насколько молодой человек физически силен, но учитывая, что ни дружинников, ни шерифа нигде не было видно, она готова была принять помощь от кого угодно, покуда этот человек не был одержимым, разумеется. – Не могу с Вами не согласиться, мистер Кроу, поэтому попрошу Вас присматривать за мистером Дженсеном. – ее тон был ровным, а руки все так же ловко и непринужденно набирали кровь уже к второго пациента. Айрин к этому этапу своей жизни перестала удивляться собственной хладнокровности – у нее имелся богатый опыт в пребывании в тех ситуациях, откуда выхода, казалось, не найти. За время ее работы в ЦКЗ кризисы случались один за другим, о чем, впрочем, большинству американцев было неизвестно. Но стоит признать, что ситуация, в которой доктор Линч была здесь и сейчас, была для нее в новинку, тем не менее, она осознавала, что от нее ждут прорыва и ответа на вопрос, а возможно ли избавить брайтонцев от того, что сидит в них, да и она сама от себя ждала этого.
Линч, расставив пробирки на подставке, бросила взгляд на наручные часы и с удивлением отметила, что не спала больше суток, и уже успело настать раннее утро следующего дня, кажется, что она на время своего эксперимента выпала из жизни и позабыла об остальном мире. Впрочем, остальной мир услужливо напомнил ей о себе – за дверьми палаты послышались шаги и какая-то возня, заставившие рыжеволосую напрячься, вдобавок два ее пациента явно высвободились из плена седативных средств.
– Что произошло? Почему я связан? Доктор? – и тому подобное говорили и бывший учитель биологии, и сотрудник заправки, дезориентированные, потерянные и напуганные. Они удивленно оглядывали веревки, связавшие их по ногам и рукам, но доктор Линч не спешила освобождать их от них, во всяком случае пока не будет уверена в том, что ее лечение имеет успех.
– Я все вспомнил. Господи, я же напал на свою соседку Марту, а потом.. потом я заразил ее своей кровью. И не только ее, нескольких своих учеников. Оно заставляло меня это делать, я не мог противиться. – сказал тот, что лежал на койке, ближайшей к двери. С одной стороны, Айрин была рада этому знаку – знаку того, что зараженные вспоминают, что происходило с ними в моменты временной амнезии, с другой стороны, у нее не было времени отвечать на их вопросы и уж тем более допытываться к ним по поводу того, что они знают о планах сущности и как ее уничтожить окончательно, поскольку в палату вломилось несколько человек, очевидно, из тех, кто был крайне против ее эксперимента, опасаясь его успешного исхода.
У нее не было времени отвечать на, признаться, крайне пафосную фразу мужчины, так как уже в следующую секунду он поднял пистолет и нажал на курок, и Айрин в этот момент руководствовалась лишь инстинктом выживания и чисто автоматически успела до того, как роковой выстрел достигнет своей цели, то есть ее, чуть ли не рухнуть на пол, дабы скрыться за одной из кроватей, впрочем, Атакаме, стоявшей прямо за ней, повезло куда меньше, поскольку пуля, предназначавшаяся доктору Линч попала прямо ей в грудную клетку, а спустя несколько секунд молодая женщина упала на пол, а возле нее начала растекаться красная лужа крови.
Рыжеволосая, видя след от пули и красное пятно на светлой кофте своей временной помощницы, прикрыла рот ладонью, силясь сдержать крик то о помощи, то ли просто об ужасе. Рине потребовалось с минуту, чтобы прийти в себя и напомнить самой себе, что еще ничего не закончено. Она сжимает в руках пистолет, врученный ей шерифом, и не давая себе ни секунды для колебаний, выглядывает из-за своего прикрытия и стреляет три раза в сторону мужчины и попадает лишь по ноге, что вынуждает его прижаться спиной к стене и сползти вниз, впрочем, на то и был рассчет – да, она будет защищать свою жизнь и свой эксперимент, но не собирается отправлять людей на тот свет, зная, что может их излечить.
– Мистер Кроу? Майкл? – она не сколько ждала какой-то помощи от него, сколько ждала, что не осталась один на один с одержимым, хоть и в данный момент женщине казалось, что во всем Брайтонс Милле больше нет людей, неподвластных сущности.
Не вставая с пола, рыжеволосая подползает к Форм, дабы удостовериться в том, что пульса у нее нет, – стрелявший мужчина был хорош, так как попал в самое сердце, и еще до того, как ее пальцы коснулись запястья Атакамы, Айрин знала, что заветного сердцебиения не почувствует.
Женщина не дает себе возможности поразмыслить и оценить ущерб, а судорожно прокручивает в голове указания шерифа, что он там говорил о колыбельных? Можно подумать, что доктор Линч ждала подмоги и не собиралась справляться самой, но она вынуждена была оценивать ситуацию реалистично и четко понимала, что ей вместе с Кроу и двумя исцеленными, которые все еще были привязаны и дезориентированы, едва ли удастся отбиться от прибывших зараженных, так что надежда оставалась на Дружину да на выданный Шерманом пистолет, в котором едва ли был безграничный запас пуль.
– Спят в конюшне пони, начал пёс дремать, шериф, мне нужна Ваша помощь. Срочно! – на сей раз руки у нее все же слегка дрожат, и она попадает на кнопку рации лишь с третьего раза, к счастью, по крайней мере колыбельная приходит на ум быстро, правда, нельзя сказать, что Линч сильно надеется на подмогу. В голове мелькает мысль о том, что раз к ней в палату пробралось несколько одержимых, то они вполне могли заразить всех тех, кто прятался в больнице, что делает ее успех в очищении организмов от сущности бессмысленным. Рыжеволосой, разумеется, не хотелось умирать, как и присоединяться к армии зараженных, и даже тот факт, что по ее записям в теории можно было восстановить процесс диализа, если, конечно, в Брайтонс Милле найдется еще один вирусолог или близкий по квалификации специалист, в чем Айрин крайне сильно сомневалась, словом, по всем параметрам ей не стоило сегодня умирать, правда, еще не успевшее остыть тело Атакамы Форм не вселяло ровным счетом никаких надежд.

+5

19

Майк кивнул. Конечно, он присмотрит за Райаном.
Незваный гость был привязан, но Кроу понимал главное: даже в таком положении Дженсен опасен, как и любой другой из зараженных. Они словно инопланетяне, словно связанные единой информационной управляющей системой роботы.
По коже индейца побежали мурашки. Он покосился на «добровольца», подумав о том, что сейчас на него смотрит вся нечисть Брайтонса этими голубыми глазами. «Пользуясь случаем, я хочу передать привет моими брату и сестре! Митч, Розалин, я помню о вас, я вас спасу…» - что за странная мысль? Это было так жутко, жутко даже представить, что все, что доступно одному, ощущают, осознают и другие. Многие считали, что это бред, но Майк видел, как четко и синхронно могут действовать группы чужих, как быстро они приходят на помощь своим, если в этом есть необходимость…
Кроу втянул в легкие побольше воздуха и на выдохе окинул взглядом помещение, отмечая все, что может послужить оружием: шприцы и скальпели подойдут только для ближнего боя, а учитывая опасность заражения, парень не особо рассматривал этот вариант. Ему нужно было что-то, что сможет удержать противника на расстоянии, но нанесет приличный урон. И тут поле для фантазии оказалось неожиданно скудным, как ни странно. Стойка для капельницы, огнетушитель, стул… Однако журналист так часто оказывался в ситуации, когда в драке не оставалось ничего иного, кроме как импровизировать, что позволил себе понадеяться на интуицию в момент, когда не будет времени подумать.
Майкл отступил на два шага в сторону: так он не мешал доктору Линч делать свое дело, при этом мог в доли секунды оказаться рядом с Дженсеном, если придется.
- Может, ему стоило бы побыть без сознания, док? – нахмурился индеец, стараясь не складывать руки на груди, чтобы они все время оставались свободными и в будущем не возникло никаких заминок с переходом в «боевую готовность». Впрочем, сейчас, давно неспавший и вымотанный патрулированием города, голодный и напуганный возможным концом света для него и этого города, Майк был готов, как никогда прежде, ко всему. Ему есть, что терять.
И в этот момент проснулись подопытные доктора. Сердце грохнуло в груди, глаза распахнулись шире; Кроу боялся верить в удачу, но на ресницы едва не навернулись слезы: она спасет его близких, обязательно спасет…
«Оно заставляло меня это делать, я не мог противиться…»
Их не всех простят, когда все успокоится. И не все простят себя.
«Я защищался и защищал…» - напомнил себе парень, но перед мысленным взором мелькали разбитые лица, сломанные конечности других, в которыми довелось столкнуться в эти страшные дни, окровавленные бинты, валяющиеся у ног… Чье чувство вины окажется сильнее – «их или наше»?... Кроу никогда не напишет об этом книгу, даже в надежде получить журналистскую премию. Слишком личным было это дело. К тому же у него вполне может не оказаться такого шанса, ведь час икс близок.
Майк задумался, отвлекся, не услышал шагов за дверью в слабом шелесте голосов очнувшихся и освобожденных, пока эта самая дверь не распахнулась.
«Нет…» Кроу задохнулся и метнулся в сторону типа с пистолетом, но получил от его спутника удар поддых. Он еще не успел напороться на кулак Чейза с автозаправки, когда прогремел выстрел. «Нет…» в глазах были искры, в голове шумело от боли, но Майк отсекал от нее свое сознание. Ему нужно увидеть жива ли доктор Линч, он должен знать. Затем раздался еще один выстрел, кто-то кричал, пока индеец отчаянно боролся с логичными последствиями уязвимости своего организма.
Журналист отполз в сторону, тряхнул головой и услышал ее голос.
- Я в норме… - он с трудом сфокусировал взгляд на докторе, затем перевел его туда, где она стояла изначально. Ассистентка была мертва. – Ей не помочь… - как же он не хотел, чтобы Линч высовывалась, но женщину было не остановить. – Вы нужны живой всем этим людям… после того, что смогли сделать, понимаете?! – Кроу толкнул на пол ближайшую свободную каталку, обеспечивая им довольно ненадежное укрытие. - Дайте мне пистолет.
Короткий шок явившихся должен был быстро пройти. Майку было с ними не справиться, а значит, нужно было заставить их любезно покинуть помещение. Ощутив тяжесть ствола в руке, Кроу приподнялся над каталкой и несколько раз выстрелил. Те, кто успели войти, метнулись за дверь, прячась в коридоре и готовясь к атаке. Они бросили своего раненного, но журналисту было безразлично, что с ним станет.
Кроу перепрыгнул через каталку и захлопнул дверь. Следующий удар пришелся по руке раненного другого. Тот выронил пистолет, и полукровка оттолкнул его в глубину палаты. Этого мужика Майкл не знал, но был уверен, что доктор не промахнулась, а значит, ему придется не убить ублюдка.
«Оно заставляло меня это делать, я не мог противиться…»
Майк зарычал, ощущая свое бессилие, и с размаху ударил мужчину по голове коленом: достаточно сильно, чтобы тот отключился, но не умер. Затем парень привалил его тушу к двери, чтобы ту было проблематично открыть, защелкнул замок и, проскочив мимо Линч, начал отвязывать исцелившихся, умоляя, чтобы это было правдой, чтобы чудо свершилось действительно и в полной мере. Иначе целых трое врагов окажется внутри клетки.
- Док, я готов отдать за Ваше спасение жизнь, только пообещайте спасти Розалин Кроу и Митчела Грина… Это мои брат и сестра. Освободите их, я… - но договорить индеец не успел. Кто-то несколько раз выстрелил в дверь. Одна из пуль прошила ее насквозь и даже зацепила Майка.
Парень сжал зубы, преодолевая вспышку. Он привык с болью жить. А через много лет он узнает, что уже не может иначе, но это – история совсем другой душевной болезни.
- Надо убираться, - и в это мгновение начали ломать дверь. Кроу поймал взгляд Дженсена. – Сука… как вы это делаете?! – продолжать бессмысленный монолог в адрес представителя правопорядка, переметнувшегося на сторону врага, Майк не стал. Он просто замахнулся пистолетом и ударил Райана по голове, надеясь вырубить его, а не отправить к праотцам в адское пекло.
- Как отсюда выбраться? – за окном развернулась настоящая бойня, а в дверь сами ломились зараженные. И все-таки при наличии двоих едва пришедших в себя людей, вариант с дверью импонировал ему гораздо больше.
Пистолет доктора Майк заткнул за пояс, кивнул Линч в сторону другого ствола, все еще валяющегося бесхозно на полу, затем поднял огнетушитель и вырвал чеку. Знаком он показал троим своим спутникам встать у стены за его спиной.
- Будем прорываться…
Дверь вздрогнула от очередного мощного толчка и, наконец, замок был вырван с мясом из треснувшего косяка. Тело их «хедлайнера» несколько затормозило этот успех, а когда в лицо вернувшемуся ударила под высоким напором струя пены – свела на нет. От неожиданности мужчина рванул назад, сбивая с ног своих, а Майк последовал за ним, заливая всех пеной, размахивая ногами и огнетушителем, нанося удары почти без разбору всем, кто был впереди.
- Бегите, бегите! Я вас прикрою! – выкрикнул парень, оттесняя в сторону последнего дееспособного врага. «Скоро придут остальные…» - журналист швырнул опустевший огнетушитель и бросился бежать в направлении, выбранном доктором Линч, на ходу вытаскивая пистолет.
Кроу не знал, есть ли у них выход, есть ли шанс спастись в этом кошмаре, но отлично понимал, что нет ни одного повода отказаться от попыток.

Отредактировано Michael Crow (2017-06-05 23:15:47)

+4

20

Бьянка фыркнула, услышав донесшийся из рации саркастичный комментарий шерифа. Впрочем, разве можно было его винить? Никто не знал, какого черта здесь происходит, вот уже почти полгода. Если завтра люди начали бы превращаться в зомби, Майореску это, скорее всего, даже не удивило бы. И хотя все прекрасно знают, что существование зомби это бред, телевизионная и книжная выдумка, но землетрясения, в местах совершенно для этого нехарактерных, как оказалось, тоже возможны, так что…
Итак, никаких ценных советов шериф не дал. Но, в конце концов, какие вопросы, такие и ответы. Бьянка без энтузиазма понаблюдала за тем, как Хьюстон не уверено давит на кнопку и задает очередной бесполезный вопрос, и еще раз убедилась в том, что идея доверить рацию малолетке была далека от гениальности. Но, какой город, такой шериф (с). Цепочку можно было продолжать бесконечно, хотя лучше все-таки было заняться поисками Майка. Этот парень, был удобен хотя бы тем, что покажи ему любого, кто хоть сколько-нибудь был дорог и хоть немного в опасности, он уже не сможет просто так бросить его (её). А как это прекрасно, что в такой час, когда кажется, что конец близок, любимый защищает тебя, а не какую-то неудачно вклинившуюся в их крепкие отношения чирлидершу.
- Вроде все стихло, - пожала плечами Бьянка, и они с Уиллом двинулись дальше по лестнице. Но тишина торжествовала в больнице недолго. Довольно скоро из коридора, который они только что покинули, стали доноситься голоса.
…и жаль, что не увидите настоящий конец.
- Твою мать, бежим, - румынка сразу поняла, что первый этаж уже был захвачен. Их было много, слишком много для того, чтобы сдержать, бросив им в лапы одного подростка. Чем быстрее они доберутся до палаты доктора Линч, тем больше шансов у них… если не спастись, то хотя бы оказаться среди «своих».
Уилл и Бьянка бежали по коридору, ведущему к нужной палате, но в другом конце показалось еще несколько человек. Майореску затормозила, и схватила Хьюстона за рукав, останавливая его рядом.
- Стой, - она растеряно сделала несколько шагов назад. Сзади поднималось несколько других, и навстречу им маршировал вражеский отряд. Казалось, что ситуация была безвыходной, но последнюю группу, вовсе не интересовала парочка. Они начали ломиться в запертую дверь. Судя по всему, именно за ней скрывалась доктор Линч. Раздался выстрел. Затем выломали дверь. А потом, все, кто в неё вошел, начали, спотыкаясь, вываливаться обратно в коридор, покрытые белой пеной.
Пользуясь моментом, Бьянка рванула вперед. Если ей удастся проскочить мимо других, пока они ослеплены, то она спасена. Ну, или типа того. Один из других прикрывал лицо рукой и перегородил вход, а где-то в пять шагов от него валялся бесхозный пистолет. Майореску услышала голос Кроу и подняла оружие, не раздумывая. Только потом поймала себя на мысли, что в реальности пользоваться огнестрельным оружием так легко и непринужденно, как это делали по телевизору, она вряд ли способна.
У входа началась толкучка. Те, кого пеной накрыло раньше, и кто валялся на полу, уже вставали и снова предпринимал попытки пробраться к двери. В какой-то момент Бьянке показалось, что за широкими спинами, она увидела растрепанную голову Майкла. Стальные звуки от удара огнетушителя по ребрам и челюстям подтвердили её догадки. С твердым намерением помочь лучшему другу, румынка дрожащими руками подняла пистолет и начала палить без разбора. Она сделала пару выстрелов в толпу. А когда обратила на себя внимание и один из других двинулся в её сторону, сделала третий выстрел, пытаясь попасть в грудь.
- Майк! Майк, мы здесь! – крикнула она, отступая назад.

+4


Вы здесь » ADS. Brighton's Mill » BIG SCREEN » P4. Взрыв всё делает лучше, 20.11.2015