In This Moment — Blood
Добро пожаловать в славный городок Брайтонс Милл, путник. Город, который поразит тебя своей красотой и гостеприимством. Городок, который впустив тебя за свои границы этой осенью, уже не позволит тебе его покинуть. Возможно, ты успеешь его полюбить, и желания драть отсюда когти у тебя и не появится, ну а коли иначе - не страшно, ведь выбора у тебя все равно уже нет...
Eleutheria Fleming Joss Colter River Wright
Объявление #8:Два объявления за один месяц? Кто мы и куда делись ваши админы? А они подводили итоги BRIGHTON'S MILL AWARDS, а также готовили для вас много приятных новостей.

ADS. Brighton's Mill

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ADS. Brighton's Mill » TV SERIES » Вход воспрещен, 02/10/15


Вход воспрещен, 02/10/15

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Вход воспрещен, 02/10/15
• • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • •


Предпочитаю надпись «Вход воспрещен» надписи «Выхода нет»
Станислав Ежи Лец


С момента озврашения Бонни прошло почти 20 дней. Майк успел снова привыкнуть к тому, что лучшая подруга всегда рядом. И вдруг умирает Салли Мэй, за ней снова исчезает Бьянка.
Найти девушку оказывается несложно, а вот добраться до нее... но для личности деятельной и сообразительной, к тому же с атрофированным инстинктом самосохранения и знакомствами в ФБР нет ничего невозможного. Разве дружба не стоит риска?

• • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • •
Bianca Maiorescu & Michael Crow;  утро 2 октября 2015, палата в карантинной зоне.

Отредактировано Michael Crow (2016-11-05 12:35:37)

0

2

Бьянка сидит в позе лотоса на больничной койке, прислонившись спиной к обшарпанной стене светло желтовато-зеленого цвета. Голова опущена, брови сосредоточенно нахмурены. Она перебирает в руках кончики своих волос и думает, что возможно пора их немножко укоротить. Внимание плавно переключается на ногти, на руки. Она растопыривает пальцы и потирает ладони, смотрит в сторону, потом закатывает глаза к потолку и тяжело вздыхает. Еще некоторое время спустя заваливается на бок, на подушку и закрывает глаза. Неплохо бы сейчас заснуть и проснуться уже дома. Или хотя бы в особняке Марики. После продолжительного обитания среди мрачного, экстравагантного, но очень притягательного интерьера дома сводной сестры, в нахождении в больничной палате было мало приятного. Впрочем, как и веселого. И это был не тот случай, когда скука нагоняет сон. Спать Бьянке совершенно не хочется. В какой-то момент мышцы вокруг глаз расслабляются, она понимает, что все это время зажмуривала глаза. Кто бы мог подумать, чтобы держать глаза закрытыми тоже приходится прикладывать усилия. Еще минут через десять девушка снова меняет позу. На этот раз она лежит спиной поперек кровати, а ноги вытянуты вверх вдоль стены. Она свешивает голову назад, обводит глазами палату. Часов здесь нет. Видимо, чтобы не нагнетать обстановку. И так складывается такое ощущение, что прошла не полчаса, а целая вечность.
Интересно, как там Майк? Что он сейчас делает? Наверное, проводит время с Далией. А Бьянка никак не может на этой повлиять. Её верхняя губа едва заметно дрогнула. Самое ужасное во всей это ситуации то, что не понятно, как долго продлится карантин. И пока Бьянка торчит здесь, неизвестно, что может произойти там, между Майком и Далией.
Между прочим, Далия во всем этом и виновата. Без сомнения, любой нормальный человек скажет, что виновата как раз-таки Майореску, и что это она зашла уже слишком далеко в своей, назовем это, увлеченности лучшим другом. Но, не трудно догадаться, что сама Бьянка так не считает. Более того, она считает, что это Далия зашла уже слишком далеко в своих отношениях с Майком и ей пора оставить его в покое. Брайтонс Милл хоть и маленький городок, но такая девушка как Далия в нем без внимания не останется. Взять, хоть например, Педро Карденаса. Пусть и немного маловат, зато какой красавчик. А Бьянке мама всегда говорила, что Майкл такой хороший мальчик и они просто созданы друг для друга. Конечно, розовые очки были неотъемлемым аксессуаром Норы Майореску, да и когда твой лучший друг парень и ваши родители хорошо общаются, подобные высказывания становятся основной из тем для обсуждения за стаканом холодного послеполуденного чая, но, как правило, ни к чему не обязывают. Вот эта последняя часть будто бы прошла мимо сознания Бьянки.
Так вот,  началось все с того дня, как Майк впервые заговорил о Далии. Тогда Майореску увидела в его глазах то, чего раньше в них не было. Ни когда он говорил о ней самой, ни о ком-то еще. И почти с тех самых пор девушка только и думала о том, как бы расстроить зарождающиеся отношения между лучшим другом и другой девушкой, о том, как бы насолить Мэриленд. Если бы Бьянка так же усиленно думала над чем-то более глобальным, то могла бы запросто получить нобелевскую премию в области химии или биологии. Спасла бы всех от надвигающейся трагедии с «другими», в конце концов. Но цели Бонни были куда более тривиальны, а вот методы, к которым она прибегала, чтобы испортить жизнь Далии, становились с каждым разом все более и более изощренными. Девушка и сама не заметила, как в один момент все усложнила для себя самой. И надо же было только додуматься до того, чтобы добровольно записать себя в список пропавших. Тогда это казалось идеальным планом, чтобы залечь на дно, отвести от себя лишние подозрения. Особенно, когда под боком была понимающая аферистка Марика, у которой никто бы не додумался искать, а если бы и додумался, то вряд ли захотелось бы. В свое время они, наверное, и сошлись на том, что никогда друг друга не осуждали за безнравственные или даже противозаконные действия.
Но время шло, о Салли Мэй не было никаких новостей. Что там думала мама или что говорили на работе, Майореску, конечно, мало волновало, а вот узнавать о Майке со слов сводной сестры не могло сравниться с тем, если бы Бьянка разговаривала с Майком лично. В общем, это добровольное затворничество сводило девушку с ума. Она уже хотела прервать этот спектакль, придумать свою собственную историю исчезновения, не связанную с остальными восьмьюдесятью пропавшими. Но тогда вернулась Салли Мэй. Её возвращение означало зеленый свет и для Бьянки. Основываясь на информации от Марики, все, что нужно было делать, это вести себя так же, как и в день «исчезновения», а на остальные вопросы округлять глаза и делать вид, что не понимаешь, о чем речь. Ничего сложного. Только вот если Бьянка подождала бы еще несколько дней, чтобы «выйти из сумрака», она бы еще раз подумала над тем, чтобы исчезнуть по другой причине. Бесконечные допросы хоть и отнимали уйму драгоценного времени, которое Майореску могла бы провести с Майком, но никак не усугубляли положение, тогда как карантин совершенно не вписывался в планы девушки. Во что она только ввязалась и как действовать дальше?
В любой непонятной ситуации проще всего думать о Майке. Это успокаивает.  Бьянка вновь прикрывает глаза и пытается представить его голос.

+5

3

Майк разве что не размахивал своим знакомством с Джереми Сэлинджером, как флагом, надеясь проникнуть в карантинную зону местной больницы, чтобы увидеть заточенную в одной из палат вдруг появившегося там инфекционного отделения.
Парень понимал, что ему не стоит совать туда свой несколько раз ломанный нос, и все-таки Бьянка вернулась совсем недавно, ей нужна была поддержка друга, забота и внимание после всего, что ей пришлось пережить, о чем девушка не помнит. Просто ли всех вернувшихся выбросило в другом времени, провалились ли они в какие-то таинственные дыры или за границей человеческого понимания, каждый исчезнувший прошел длинный путь, тяжелые испытания, воспоминания о которых были начисто стерты из памяти, чтобы уберечь их собственный разум или чужую тайну – это не важно, ведь Майореску всегда была рядом, когда Майк в ней нуждался, и даже тогда, когда не понимал этого. Неужели Кроу сможет ответить черной неблагодарностью и безразличием, даже если иное может оказать серьезный вред его или ее здоровью?! Конечно, нет, - и голосу разума в темной голове полукровки просто нет места.
- Эй, послушайте, меня ждет агент Сэлинджер. У меня для него информация, которую он просил достать…да, я – журналист. И информатор. Его, а не ваш. И расскажу, что нашел, только ему, понятно? Скажите, где он. Да не надо меня провожать, я в этой больнице знаю каждый уголок, - и в каждом уголке знали Майка Кроу, самого частого гостя этого заведения. Ни один старик с длинным списком болезней не оказывался тут так регулярно, как молодой и вполне здоровый сотрудник местной газеты, блогер и головная боль любого отморозка в пределах границ Брайтонса и на десяток миль вокруг до самого озера и резервации.
Индеец был дерганным и напористым, а главное – верил в то, что имеет право тут находиться. Более того: обязан быть здесь, несмотря на опасность, которая теоретически парню грозит. Ну не герой ли? Так отчаянно переживает за город, за жителей…
Не без усилий, но Майкл прорвался в главный коридор, затем свернул не туда, где ему порекомендовали искать Джерри.
«Компас не указывает на север. – Но мы ведь не север ищем…» - промелькнуло в темной голове журналиста. Он вошел в сестринскую, стянул из шкафа чей-то голубой костюм, в которых «щеголяли» по лабиринтам коридоров медбратья и врачи, натянул его прямо поверх собственной одежды на случай, если придется сбежать и не будет возможности переодеться в свое, накинул сверху халат, шапочку и нацепил на уши маску, чтобы скрыть лицо. Вообще, в той части здания, сотрудники ходят упакованные по полной программе, ни у кого не видно ни клочка голой кожи, но, чтобы стать счастливым обладателем необходимого гардероба, кого-то придется оглушить и раздеть. Так что придется прорываться как-то так.
«Мне понадобится как минимум чудо…» - отчаянный, но все еще осознает реальную ситуацию. Майку нужно чудо, чтобы прорваться к Бонни. И защита небес и всех высших сил от последующего гнева Далии, которая никогда не была в восторге от подружки своего парня…
Так как на защиту свыше рассчитывать не приходилось, и сохранить контакт головы с телом посредством шеи Кроу должен будет без посторонней помощи, то Чудо сжалилось и случилось. У двери не было громилы с оружием, а коридор был пуст. К тому же Майореску держали в одной из палат, расположенных в самом начале этажа, а значит журналист исчез с открытого пространства раньше, чем его кто-то успел заметить и остановить.
(Джереми придется встать в очередь за Далией на убийство Майка, когда он узнает…Впрочем, если он узнает.)
- Привет! – радостно объявил о своем явлении индеец, осторожно закрывая дверь. Он стянул на подбородок маску и опустил на пол рюкзак, который все это время нес в руках, чтобы при необходимости просто разжать руку и выпустить подозрительную для работника больницы ношу. – Ты как тут? Не скучаешь?
Парень широко улыбнулся, на секунду замешкавшись. Он не понимал, стоит ли кидаться на подругу с объятьями, можно и нужно ли вообще к ней прикасаться, учитывая всю эту суматоху с зараженными… Но Бьянка выглядела неплохо. Может, зря Майк беспокоится?
- Я принес тебе яблоки.
Полукровка, наконец, сделал вид, будто ничего не происходит, будто он просто зашел в гости к девчонке, которую знает с детства, которой всегда доверял, несмотря на сомнения Мэриленд. Разве Бонни могла так поступить с Далией, разве Бонни могла так поступать с самим Майком? Разве друзья не желают друг другу счастья?
Только вот несмотря на старую дружбу, Кроу вдруг осознал, что не помнит, любит ли Бьянка яблоки. Какой у нее любимый цвет? Блюдо? Песня?
Парень сглотнул, но движение горла скрылось за спущенной маской и поднятым воротом халата.
С тех пор, как появилась Далия, а затем начались все эти странные события, в его представлении о мире многое поменялось. Да и память повычеркивала все лишнее, заменила другой информацией, более полезной, наверное.
«Бирюзовый, буррито и блинчики, Oasis - Wonderwall - Мэриленд заполонила собой все. Размер обуви, любимая щетка для волос, родинки на плече и шрамы из детства, смех и привычка мило морщить нос и надувать губки… Картинки-слайды, их ссоры, примирения, нежность, сомнения, их тайны – общие и друг от друга.
Майк тряхнул головой. Не время и не место думать о любимой женщине, наверное. Но любовь и дружба – вещи, которые должны существовать параллельно! Это не одно и то же. И Бьянка должна понимать лучше, чем кто бы то ни было.
Кроу встал над Бонни и протянул ей яблоко.
- Ты бледная, Бон… - странно, но Майку никак не удавалось избавиться от неловкости, а ведь ему казалось, что ничего не изменилось между ними с Бьянкой.

+2

4

Привет! – разносится по комнате. Странно, какое впечатляющее у Бьянки воображение. Голос Майка в голове, как будто настоящий. Ты как тут? Не скучаешь? – снова говорит Майк. Нет, секундочку. Бьянка открывает один глаз, чуть поворачивает голову и понимает, что голос лучшего друга звучит вовсе не в её воображении. Неуклюжий кувырок и она уже сидит на кровати на коленях, сияет так, как ни в чьем другом обществе, нетерпеливо пружинит вверх и вниз, вот-вот готовая спрыгнуть на пол, чтобы обнять Кроу. Но странное внутреннее ощущение её останавливает. Она берет себя в руки и встает на ноги с чинным благородством, неторопливо приближается к парню, как будто между этой и их последней встречей прошло не несколько мучительно долгих недель, а всего лишь одна ночь.
- Что ты здесь делаешь, Клайд? Что-то случилось? – с внимательностью заправского врача она осматривает лучшего друга со всех сторон, пытаясь найти причину его пребывания в больнице, перелом, порез, ушиб… Серьезно. Сейчас они исполняют не свои роли, ведь за все годы их дружбы обычно Майк лежит на больничной койке, а Бонни заходит его навестить. Она-то уж точно знает, что если бы Кроу обратился в страховую компанию с целью застраховать жизнь, на него бы сразу навесили ярлык «страховке не подлежит». Девушка поднимает руку, чтобы коснуться его щеки, посмотреть все ли в порядке с носом, но тут же улавливает настороженный взгляд. Майореску вспоминает причину, по которой она здесь, осознает причину, по которой Майк явился сюда, и неплотно сжав пальцы, опускает руку.
- Прости, мне, наверное, нельзя к тебе прикасаться, - она чувствует, что Майк напряжен и несколько растерян, и с понимающей улыбкой произносит вслух его мысли, чтобы ему не пришлось чувствовать себя виноватым, в чем бы там ни было. Как говорит Нора, главный способ привязать к себе мужчину, это сделать так, чтобы он чувствовал себя комфортно в твоем обществе. Глядя на разведенную женщину, в голову невольно закрадываются сомнения на счет эффективности её совета, но, с другой стороны, не зря же Бьянка уже столько лет носит гордое звание лучшей подруги Майкла Кроу?
По правде говоря, Майореску и сама растеряна. Вернувшись, она не предполагала, что её будут с  такой серьезностью пытать вопросами, а потом и вовсе закроют в карантинной зоне. И сколько продлится это заточение? Если в доме Марики Бьянка играла в заточение добровольно и полностью по своей инициативе, то здесь нельзя было сказать «я больше не играю» и выйти в любой момент. Потому что это была не игра. Девушка возвращается на «свое место» и вновь опускается на кровать. Она, конечно, прекрасно знает, что никакая не заразная, ничего в этом роде, но если дистанция между ними разрядит обстановку, то это к лучшему. Впрочем, увеличившееся личное пространство, кажется, не слишком меняет ситуацию.
Проницательные голубые глаза (наверное, самая выдающаяся и броская деталь внешности Бьянки) все еще считывают Кроу, словно рентген. Он мог надеть хоть пять таких докторских масок,  но от Майореску сложно что-то скрыть. Майк здесь, но в то же время, будто бы в другом месте. Нужно рассуждать логически. Если все кости целы, значит, в последнее время он не ввязывался ни в какие авантюры, которые бы ни днем, ни ночью не давали бы ему покоя. Если он не удручен мрачными мыслями, значит, он, скорее всего, витает в облаках, потому что пребывает уж в слишком хорошем настроении. Проклятая Мэриленд. Стоило только оставить Кроу без присмотра на несколько недель, как эта девица промыла ему все мозги.
Но яблоки это мило. Не то, чтобы Бьянка была от них в восторге, потому что если перечислять вещи, которые приелись жителям Брайтонса, то яблоки точно попадут в список. Но они навевали приятные воспоминания. Когда местные Бонни и Клайд были еще слишком юны, чтобы грабить банки, они совершали налеты на городские яблони. Набирали целую гору, чтобы и Норе и Анабель хватило к фестивалю пирогов. Лазанье по деревьям Бьянке удавалось не очень, она частенько падала, расшибала колени и локти, всегда с напущенной театральностью сообщала, что полиция скоро будет здесь и обязательно добавляла «беги, оставь меня». Но Клайд никогда её не бросал. Потому что либо вместе, либо никак. Неужели сейчас что-то поменяется? Или уже поменялось, пока Бонни сама с собой играла в похищение?
Она одновременно с Майком мотает головой. Нет, это все ерунда. Он же здесь, не смотря ни на что.
- А ты глупо смотришься к этой одежде, - отшучивается Бьянка в очередной попытке разрядить обстановку. Она смотрит на него снизу вверх и берет яблоко, но не опускает руку чуть дольше, чем следовало бы. Затем сдвигается на кровати в сторону и похлопывает по заправленному пледу, предлагая парню сесть рядом, - я так рада тебя видеть, - с улыбкой признается Майореску. Ей нужно, чтобы он помнил об этом. Она ведь всегда рада его видеть, - как тебе удалось сюда пробраться?! Только не говори, что ты вырубил медбрата...

Отредактировано Bianca Maiorescu (2016-12-10 17:57:27)

+2

5

Майк готов был молиться на лучшую подругу! Бонни всегда хорошо чувствовала состояние Кроу, а сейчас ощущала его растерянность и неловкость. Парень понимал это, но надеялся, что она не догадается, что именно крутится в его голове под дурацкой медицинской шапочкой.
В любом случае комментарий по поводу прикида возвращает индейца в колею:
- Не глупее, чем пижама с заботливыми мишками, которую мне подарила Лайла шесть лет назад на Рождество, - журналист усмехнулся с теплом вспоминая тот день и свое лицо. Он не мог шевельнуться, просто в недоумении пялился то на содержимое коробки, которую нашел под елкой, то на сияющую от гордости двенадцатилетнюю дарительницу этого недоразумения. У Кроу вообще была впечатляющая коллекция смешных и удобных пижам и прочей домашней одежды, ведь живя в доме с двумя младшими сестрами, не имеющими привычку стучать в дверь спальни перед тем, как взять ее штурмом, в трусах особо не порассекаешь даже по собственной комнате. И подобные подарки в его вселенной считались естественными, уместными, практичными, но в этот раз... – Лайла думала, что «мальчиковый голубой цвет» может ее спасти. Правда Ворчун оказался в тему.
Майк стянул маску с лица и шапочку. Даже оставаясь в полном облачении, он не сможет убедить никого из персонала или охраны в том, что ему можно здесь находиться, если кто-то войдет в палату Бьянки, так что страдание в двух слоях одежды можно было как-то облегчить.
- Кстати, в той пижаме я был бы гораздо приметнее в коридорах карантинной зоны, чем в этом, - Майкл неподражаемым движением обеих рук указал на свое облачение, - так что не стоит недооценивать значение маскировки.
Кроу несколько секунд смотрел на девушку очень серьезно, почти обижено, будто она не ценила все его усилия прорваться через множество преград и заслонов, но затягивать цирк не стоило, вряд ли у них много времени, а потому Майк охотно расплылся в улыбке.
- Я тоже, - конечно, индеец успел отвыкнуть от постоянного присутствия Бонни рядом за эти недели. Конечно, кошмар, накрывший город, изменил всех, в частности парень стал гораздо более самостоятельным и замкнутым. Но все это не отменяло его преданности их тянущейся с детства дружбе, - Я просто счастлив, что ты вернулась.
Полукровка поправил штаны, надетые поверх собственных брюк (снимать весь костюм не стоило, потому что в него проблематично быстро влезть вновь в случае необходимости), и сел на край кровати, затем уселся глубже, а через секунду уже закинул ноги на плед, облокотился на подушку спиной и подтянул к себе Бонни, устроив рядом и обняв за плечи. Раньше он так делал. Чувствовал ли Майк потребность вести себя, как раньше? Не особо, но он отчаянно цеплялся за их общий мирок. Кроу снова хотел окунуться в него, как в воду, и обнаружить, что может дышать даже под поверхностью.
- Мммм…нет. Никто не пострадал. Я просто одолжил в подсобке костюмчик, примерил его, решил, что красавчик, но раз тебе не нравится, то на обратном пути верну, - парень усмехнулся, - Но если бы я знал, что тебе бы он больше понравился, если бы был заляпан кровью предыдущего владельца, то я бы обязательно разбил нос какому-нибудь несчастному медбрату и раздел бы его. Ты, кстати, в курсе, что я не очень люблю раздевать мужчин? – он резко повернулся к Майореску и, нахмурив брови, посмотрел девушке в лицо, будто пытаясь по нему прочесть ответ на волнующий вопрос. Конечно, Кроу поясничал, но все же для себя он отметил кое-что важное: индеец помнил это лицо, форму носа, движения ярких глаз и ресниц, улыбку, которая порой так неожиданно расцветает, когда Бьянка сыплет колкостями в чей-то адрес. Эта мысль принесла облегчение. – Но если подумать, в сознании или без него голый санитар – вещь подозрительная. А спецодежду никто пересчитывать не будет… Так что я бы все равно счел разумным ограничиться воровством и обойтись без нанесения травм кому бы то ни было. Просто мог бы соврать, залив ворот брусничным соусом.
Кроу немного помолчал, покачивая ногой, соскользнувшей с края кровати (все-таки центральную часть он любезно оставил за Бонни, как за невольным арендатором помещения).
- Я не понимая, что происходит в городе, не понимаю, почему умирают люди… Но рад, что ты в порядке. Ты не выглядишь умирающей, - и Майк надеялся, что Бьянка не собирается резко его разочаровывать и начинать прощаться навеки. – Я тебя уже терял. Не хочу, чтобы это повторялось, - оказывается за эти недели накопилось столько всего внутри, что в обычной ситуации Кроу бы по ходу рассказывал Майореску. А теперь оно лежало мертвым грузом, невысказанное вовремя и бессмысленное сейчас.
Парень притянул к себе подругу и чмокнул в висок…как сестру.
- Не пугай меня так больше. Даже не представляю, каково было твоей матери, - соврал… Мама Бьянки, на взгляд Кроу, была не слишком-то удивлена и напугана отсутствием дочери, хотя утверждала обратное. – Ты хоть что-нибудь помнишь? Где ты вернулась? Мы должны понять, что произошло… Я не верю, что на этом все закончится, - впрочем, ничего еще не заканчивалось. Несколько человек умерло, заразившись неидентифицируемым вирусом от первой вернувшейся. К тому же никто точно не знал числа пропавших, ведь не обо всех кто-то мог сообщить. А Майк хотел разобраться, поэтому и согласился работать с Джереми. Бонни могла бы им помочь, даже находясь тут, если бы могла вспомнить, что с ней происходило после исчезновения. – Может, попробовать гипноз? Ведь нельзя просто стереть память, все остается где-то очень глубоко. Глубокий гипноз…

+2

6

Бонни заливается звонким смехом. Она прекрасно помнит эту пижаму, да и вообще всю коллекцию домашней одежды Кроу, потому что не раз присутствовала при вскрытии этих подарков, а пару раз и вовсе помогала близняшкам подбирать для старшего брата какую-нибудь до тошноты милую ерунду, чтобы подшутить над ним. От приятных воспоминаний девушку отрывает лишь осознание, что она находится не в доме Кроу, и даже не у себя дома, а в больнице, где их могут услышать. Она торопливо прикрывает рот ладонью и затихла.
- Ох, Клайд, разве я могу недооценивать твои гениальные идеи? – все еще негромко посмеиваясь, Бьянка качает головой. В этом есть доля правды, но по большей части она льстит. Она всегда щедра на лесть, в особенности, в отношении лучшего друга. Прежде всего, потому что парни это любят, ну а, во-вторых, потому что это её главное оружие. Именно за счет лести Бьянка умудряется производить благоприятное впечатление на окружающих, легко замечая те детали, которые люди хотят, чтобы в них оценили. Но в отличие от многих Майку доводилось видеть девушку именно такой, покладистой и доброжелательной. Он единственный, кто никогда не подвергал сомнению этот образ, никогда не пытался раскопать её скелеты в шкафу (хотя для него это так свойственно), и не верил никому, кто пытался навязать ему негативное мнение о Бьянке. Бьянка, в свою очередь, хоть и не способная на глубокие чувства, была признательна парню за такое отношение. Даже она понимала, что в жизни ей нужен хотя бы один человек, который всегда будет рядом и на которого она может действительно положиться. И этим человеком стал Майк. Рядом с ним, она практически была нормальным человеком.
- Я вообще всегда была уверена в том, что наша судьба сложится гораздо более удачно, чем у настоящих Бонни и Клайда, - добавляет румынка, вроде бы и в шутку, но со скрытым намеком. Она замечает замешательство на лице лучшего друга, она его уже видела. Эти старые клички уже, кажется, давно не вызывают у Майка прежнего восторга. Но Бьянка не может заставить себя оставить их в прошлом. Ей наплевать, какую химию или гравитацию напридумывал индеец про себя с Далией, Майореску всегда представляла себе захватывающее, полное приключений будущее для Бонни и Клайда. Они могли бы сесть в машину и уехать отсюда, неважно куда, просто уехать и не возвращаться.
Когда он её обнимает, ей кажется, что это все может стать реальностью. Просто нужно набраться терпения. В конце концов, она так долго ждала, подождет еще. Он так близко. Больничная форма насквозь пропитана запахом анестезии, лекарственных растворов, которые не исчезнут, сколько не стирай, но за всем этим Бьянка чувствует запах Майка. Запах свежести, чистоты, которые так свойственны мужчинам и всегда приятны для обоняния, но именно этот ей нравится больше всех. Она делает вид, что устраивается поудобнее, на короткий миг утыкается ему в шею, едва уловимо касается его кожи кончиком носа, а потом опускает голову на нейтральную территорию – на его плечо.
Майк продолжает рассуждать на тему одежды и санитаров, а Бьянка понимает, как скучала по этой бессмысленной болтовне. Хоть девушка и не отличалась многословностью, но Кроу с легкостью это компенсировал, а румынка лишь одобрительно поддакивала или разбавляла эти речи чересчур заумными или саркастичными комментариями.
- Серьезно? Знаешь, мне сейчас стало намного легче, - девушка поднимает голову и смотрит на Майка с наигранным удивлением, театрально прикладывает руку к груди и громко выдыхает с демонстративным облегчением. Хотя это шутливое признание не дает ответа на вопрос, почему при всей своей нелюбви раздевать мужчин, Кроу выбирает вариант раздевать Далию, а не, скажем, Бьянку. Последняя особой скромностью не отличалась. Ей хочется нахмуриться, но сквозь плотно сжатые губы вырывается смешок. Бьянка дает ему практически воздушную оплеуху и легонько взъерошивает волосы, - твоя мама не простила бы тебе такое отношение к брусничному соусу. Так что ты все сделал правильно, - подобное заключением, впрочем, было совсем не удивительным. Бьянка поддерживает любое решение или действие Майка, за исключением одного. Догадайтесь с трех раз какого.
Ей приятны следующие слова Микки. Но улыбка все-таки сходит с её лица. Только вовсе не потому, что она тоже переживает по поводу случившегося и не может спать оттого, что хочет разобраться во всем происходящем. Нет, Майореску абсолютно наплевать на то, что происходит. Пусть хоть все передохнут от этого вируса, исчезнут и больше не вернутся. Просто все вопросы Майка заставляют её задуматься над тем, что говорить. У неё было достаточно времени, чтобы поразмыслить над этим. Но в действительности никогда не происходит все так, как представлялось до этого. Она молчит, ненадолго забывается от прикосновения губ Кроу, но через какое-то время, когда парень вдохновенно рассуждает о гипнозе, нужный образ приходит ей сам собой. Бьянка резко отстраняется, на её лице весьма убедительная тревога.
- Нет, Майк, не надо гипноз..! Я просто… понимаешь, это жуткое состояние. Я была в парке с Мадонной. А когда вернулась, её уже не было. Я думала, что она убежала. Но она уже была дома, видимо, кто-то из соседей привел её. А мама смотрела на меня так… ты бы видел её лицо, - Бьянка вздыхает и опускает голову, как будто ей действительно тяжело вспоминать об этом. Потом снова поднимает глаза на Майка, за такое страдальческое выражение можно дать Оскар, - знаешь, сколько раз меня уже спрашивали о том, что я помню? Но я ничего не помню. И я даже не уверена, хочу ли вспоминать. Я не хочу быть первой, не хочу быть подопытной крысой… Мне так страшно, Майк. Мне страшно представить, что со мной делали все это время, - дрожащим голосом пояснила она.

+1


Вы здесь » ADS. Brighton's Mill » TV SERIES » Вход воспрещен, 02/10/15