Новости ADS: 2017-ый год подходит к концу, и вместе с ним подошла к концу первая серия второго сезона, а значит пора поприветствовать новый виток событий. Обо всех новшествах вы можете узнать больше в сводке новостей. Возникшие вопросы можете задать в данной теме.

 
 
Если Вам все же удалось пробраться через болотистую местность и попасть в Мортон Мэш, а в простонародье - просто Топь, мы Вас не поздравляем. Вероятно, как и любой другой приезжий, Вы в шоке от унылости и упадка сего города, но ничего, и здесь люди живут. А со временем даже втягиваются! Особенно разнообразило здешнюю жизнь одно событие... А, впрочем, если у Вас есть почтовый ящик, вскоре сами все узнаете.

ADS: «Bloody Mail»

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ADS: «Bloody Mail» » TV series_ » Second night that was spent with him, 21.06.2017


Second night that was spent with him, 21.06.2017

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

[NIC]Octavia Fisher[/NIC]
[STA]conspiracy girl[/STA]
[AVA]http://s4.uploads.ru/t/3rs5e.jpg[/AVA]
21 июня 2017г.
ночь с 20 на 21 июня

«Second night that was spent with him»
___________________________________________
by Lincoln Blackfrost & Octavia Fisher

http://s4.uploads.ru/t/xOmEs.gifhttp://s3.uploads.ru/t/9aQRP.gif
___________________________________________
краткое содержание

After Dark. Everything is a little too intense.
___________________________________________
Мотель Бейнс

Отредактировано Octavia Fisher (2018-04-01 00:31:13)

+1

2

Погода испортилась, за окном шел дождь, что в это время года в Мортоне – редкость. Наверное, стоило это неожиданное явление воспринимать, как хороший знак свыше (во всех смыслах этого слова): у каждого есть право смыть ошибки прошлого, дождаться, пока разойдутся тучи, и начать все с момента до того, как все пошло не так. С другой стороны, Линкольн успел вымокнуть до нитки, пока ждал Луи на парковке больницы, затем бежал от его машины до своего дома, а потом едва подсушившийся – от дома до своей машины. К счастью, наученный двумя такими перебежками, к третьей математик подготовился, захватив с собой полотенце. Не хватало только простудиться и объясняться Фишер в любви в перерывах между чиханьями. Впрочем, было бы мило, возможно, даже эффективно, ведь женщины в палитре собственных чувств плохо отличают сочувствие от влюбленности, но Линкольну не нужна жалость, он верит в то, что они с Октавией заслуживают чего-то настоящего. Осталось донести эту мысль до строптивой супруги.

Меньше чем через час после освобождения из больницы, Блэкфрост оказался у отеля, где поселилась Фишер. У них с Джейме была договоренность провести этот вечер вместе, Линкольн обещал брату рассказать то, о чем никому не говорил раньше, и не намерен был нарушать данное слово. Однако Янгов оповестили о происшествии, так что кузен точно не ждал его сегодня, уверенный в том, что Блэкфрост будет отдыхать в больничной палате не менее суток. Будить Джейме смысла не было, да и разговор после стольких лет молчания вполне ждет до завтра, а вот безопасность Октавии прямо сейчас вышла на первое место в хит-параде насущных проблем, так что Линкольн позволил себе не задерживаться дома и сразу поехать в пункт назначения.
Пользуясь знакомством с администратором заведения, Блэкфросту удалось довольно быстро выяснить, куда выходит дверь и единственное окно в комнате, занимаемой его женой. Он вернулся в машину и припарковался так, чтобы видеть их, а также любого, кто попробует приблизиться к номеру. «Надеюсь, малыш, ты никого не ждешь…» Дождь барабанил по стеклам, разглядеть что-то вдалеке было невозможно, но в сложившихся обстоятельствах даже тени было бы более, чем достаточно, чтобы сработала тревожная кнопка в сознании парня.
Он намеревался остаться тут до утра, а затем поговорить с Энси, заставить ее переехать к нему домой, потому что там надежнее и безопаснее, потому что там Линкольну будет проще за девушкой присматривать. Второе брюнетке, конечно, не понравится, особенно памятуя, зачем она явилась в чудный город, в котором прозябает ее скромный (к сожалению, слишком поздно начал скромничать) в своей гениальности супруг. Но стоило попытаться или применить силу в конце концов. Видимо, к этому чета Блэкфростов и придет в итоге, потому что вместо того, чтобы готовить убедительную речь, подкрепленную десятком веских доводов в пользу своей позиции, Линкольн прокручивал в голове последние двадцать минут перед приездом копов.
То головокружение и слабость, когда вдруг адреналин отступает, и тело без допинга вдруг сдается, бетонный пол здания вдруг становится неустойчивым и тебе просто хочется лечь, чтобы не свалиться с него куда-то ниже высоты собственного роста. А потом холод в перетянутой жгутом руке и тепло губ, которое Блэкфрост давно забыл, как бы часто не вспоминал их первую и единственную ночь, проведенную вместе. Сейчас Линкольн бы не удивился, окажись ее поцелуй галлюцинацией или ложным воспоминанием, но это ничего не меняло. Точнее меняло, но не очень существенно. Математик бы все равно в итоге оказался бы здесь.
Линкольн улыбнулся и покачал опущенной головой, словно сам не мог поверить в происходящее с ним за последние сутки. От этого голова шла кругом, и потеря крови была совсем не причем.
Полгода Блэкфрост жалел о том, что уехал тогда в декабре из Вегаса, полгода он держался на расстоянии, но ни на мгновение не выпускал Фишер из виду, помогал, чем мог, защищая ее от того, что могло нанести вред ей или лишить их брак шанса на счастливое восстановление, возрождение фениксом из пепла, в который он превратился благодаря глупости Линкольна и праведному гневу брошенной Октавии. Мужчина знал о своей благоверной почти все, ему пришлось влезть даже в ее медицинские записи, к сожалению, нарушив все существующие в законодательстве права Фишер на конфиденциальность личной жизни. Вроде как это наказуемо. Правда спецслужбы позволяют себе и не такое, а Линкольн в какой-то степени имеет к ним отношение, хотя предпочел бы никогда в жизни не иметь с ними дел, но время вспять не повернуть. Наверное, однажды Октавия сможет его понять, но на данный момент актуальна ее безопасность.

Блэкфрост положил руки поверх руля и потянулся сильно округляя плечи, но тут же почувствовал словно удар тока в руку, сдавленно кашлянул, зажмурил глаза, позволяя вспыхнувшим в них искрам погаснуть, и откинулся на сиденье. Немного придя в себя Линкольн снова посмотрел в сторону отеля. Все было тихо, и дождь закончился так же резко, как начался. Небо было черным, безлунным пока, но мужчина провел в Луизиане много лет, так что знал, что скоро оно расчистится, обнажая звезды, которые всегда хорошо видны именно над болотами, будто топь поглощает заслоняющий их свет ламп, фонарей и фар… Чертовски красиво. Но Линкольн терпеть не может Луизиану с ее болотной вонью! Он мечтает вернуться в Калифорнию, в жаркий Сакраменто, с которым не связаны болезненные воспоминания. Впрочем, с воспоминаниями Блэкфрост бороться научился еще в юности. Просто парень всегда знал, что ему тут не место.

Ужасно хотелось есть, но Линкольн не мог покинуть свой пост. Он обшарил бардачок и все карманы в дверях, но не нашел никаких заначек, вроде шоколадки или пакета крекеров. К тому же Блэкфрост плохо вытерся и успел замерзнуть в необогреваемой машине, но эта проблема была ему по зубам сейчас, так что математик, не выпуская из поля зрения отель, принялся разбираться с недостатком тепла. Для начала он закутался в полотенце, затем завел машину и включил печку. Только после этого принялся просушивать волосы, пользуясь только одной, здоровой рукой. До утра еще очень и очень далеко. Главное – не уснуть, когда станет теплее.

+1

3

[NIC]Octavia Fisher[/NIC]
[STA]conspiracy girl[/STA]
[AVA]http://s4.uploads.ru/t/3rs5e.jpg[/AVA]
Октавия уехала бы этим же вечером, но состояние было такое, что доехала она лишь до чьей-то милой изгороди из кустов. Энси раскидала садовых гномов по лужайке, и заполучила царапину на крыле и помятый бампер, но в целом отделалась легким испугом. Новости в городке распространялись быстро и кузина Линкольна, которая, на пару с самим Блэкфростом почти  поймала убийцу удостоилась понимания, сочувствия и добровольно-принудительного ромашкового чая, за которым пришлось еще раз рассказать ту же душещипательную историю, что ей пришлось выдумать для копов, потому что кто-то с дуру ляпнул, что она кузина Линкольна, вместо того, чтобы сказать правду. Но с другой стороны, что, говорить всем что она его жена, что ли? Может быть, кто-нибудь посочувствовал бы девушке, вспомнив о каких-нибудь недавних похождениях Блэкфроста давая тем самым его кузине-жене повод торжествующе вручить судье Вегаса свою просьбу о разводе с коварным изменщиком, но Октавия не хотела так рисковать. Не в том смысле, что после того, что произошло в коридоре - она передумала, а именно так, после того, что произошло в коридоре и можно было подумать. А от того, что скажи она правду, и пришлось бы назвать свое настоящее имя и полиции могло прийти в голову еще и проверить ее слова, а то мало ли, появляются всякие девицы незнакомые, а после этого, честные жители города в больнице без сознания валяются!
В общем, девушка сказала, что сказала ограничившись только именем и не стала поправлять, когда в документах ее обозначили как Энси Блэкфрост. Коп, видимо, решил, что несмотря на то, что согласно версии Фишер она узнала о том, что она вообще имеет какое-то отношение к семье Блэкфростов -вот буквально на прошлой неделе, носить их фамилию ей ничего не мешает. Чисто теоретически это могло быть правдой, конечно...В общем, версия такая пока устраивала всех и полицию и Октавию, которая была как на иголках с того момента, как осознала, что наврала правоохранительным органам и что за это верно следует какая-то статья. Однако, к тому моменту было уже поздно, с одной стороны, с другой - зато ее реальные данные остались тайной и сдать ее родителям мог разве что муж, который кузен, который был все еще без сознания, хотя врачи и заверили девушку, что жизнь и здоровье его вне опасности, ему просто нужно отлежаться под чутким их присмотром.
И вот сейчас это ее "на иголках" только усиливалось - ведь из города она не уехала, а значит с каждым лишним часом проведенном в  Мэше кто-то может вспомнить о букве закона и решить разыскать эту таинственную приезжую укрощающую маньяков и поинтересоваться ее документами. Или Линкольн мог бы очнуться и...нет, Октавия не думала, что первое, чем займется муж будут ее поиски, но уехать хотелось все же наверняка до того, как он придет в себя. Ну так, на всякий случай. Потому что девушка уже ни в чем не уверена. Только в том, что не хочет видеть своего "кузена" более или менее не сомневается. Вообще-то она должна начать говорить ему спасибо и не переставать это делать какое-то продолжительное время, выписать огромный чек и сказать "проси, что хочешь" - как иначе погашать долг по спасению жизни? Так что получилось бы, конечно, не красиво. Но. И это важно. Что-то с ней было определенно не так. Линкольн ее бросил, яснее некуда, а она снова кидается ему на шею. В прямом смысле. Как будто она Супермен, который нашел свой криптонит. Из плюсов - на Кларка Кента привет с родной планеты действует всегда, а зеленое вещество Октавии - иногда находится в отключке. Как раз очень удобно сбежать. Если бы руки до сих пор так не дрожали, что даже пепси из бутылки без особой осторожности не выпить.
И вот такие вот идиотские мысли лезут в голову в два ночи. И еще покруче мысли лезут. Например, если попытки уснуть увенчиваются лишь переменным успехом (сон приходит, но кошмарный), а просто так взять и уехать она не может, то может стоит поработать? У нее всего два готовых видео для канала. Могла бы монтировать какое-то время - пока не уснула бы от скуки, как обычно. Обычно в таких случаях девушке ничего не снится.
А неразумна эта мысль от того, что ноутбук, со всеми картами памяти - в машине. Ведь, Фишер, которая до того, как опустила голову на подушку чувствовала себя крайне разбитой, вовсе и не думала, что ей в два ночи придет в голову идея немножко поработать. Итак, ноутбук в машине. Машина на улице. На улице - ночь. Где-то в ночи - маньяк.
Энси попробовала было перевернуться на другой бок и все-таки заснуть - так поспешил присниться муж. Он снился уже - за ним гнался убийца - Октавия проснулась вскрикнув. На этот раз Линкольн галантно приснился один. Но в ее квартире в Салфере. На ее кровати, и начал он с обращения "малыш". О квартире этой, Блэкфрост не знал и оказаться там никак не мог, но Энси повелась все равно и проснулась.
Начинала уже болеть голова. Было решительно невозможно дальше думать о том, что будет когда Линкольн очнется, или когда копы узнают, что ее, хотя и можно, называть миссис Блэкфрост, но совсем не по тому поводу, что они думали изначально, или когда родители узнают кто она и где она, а это произойдет сразу после того, как правду выяснят Мэшевские копы и забьют ее в систему...Она ведь даже не написала ничего Уайту. Хотя два ночи. Да и что тут напишешь. Funny Story, назвалась кузиной мужа, с которым мы чуть не поймали серийного убийцу...Или нет, хотела попросить развод у мужа, потому что хочу выйти замуж за человека, которого никогда не видела, а тут маньяк...Хотя может и стоит так написать конечно. Если бы Уайт задвинул ей нечто подобное, девушка бы решила, что он прикалывается. Но два ночи. Поэтому, ноутбук и машина. Убийце же тоже нужно иногда спать, да и залечь на дно не помешало бы - его вон чуть не поймали, надо отсидеться где-то пару дней хотя бы. Явно.
Так что сжимая в руках ключи от машины и телефон, следуя девизу- слабоумие и отвага, не первый уже раз в своей жизни, Октавия открыла дверь номера и вышла на улицу. С другой стороны, не такие уж тут и крепкие двери - если бы маньяку приспичило срочно на нее напасть, ждать ее на улице не было бы никакой необходимости. Девушка однако все равно настороженно смотрела по сторонам. Вот когда она начала руководствоваться принципом - никому нельзя доверять - тогда родители и перестали ее ловить. Ничего особенного, просто обращать внимание на людей, машины, кто и как говорит, во что одет, как ведет себя. Например, сейчас она заметила перед мотелем новую машину, которой около двенадцати, когда она последний раз выглядывала наружу - еще не было. Тачка не была похожа на ту, на которой могли бы приехать прихвостни ее семьи, и Энси уже собиралась было пройти мимо, как в машине открылась дверь.
Ну, вот мать твою.
Хорошо не подскочила на полметра вверх. Октавия обернулась  и сфокусировавшись на машине - обомлела.
Она даже ущипнула себя на всякий случай. Вдруг снова сон. Но нет, Линкольн по всей видимости находился перед ней собственной персоной - живой и...не здоровый.
-Ты что тут делаешь?! - для человека, который не хочет мужа видеть и всячески его опасается, Октавия, конечно, как-то подозрительно начала наступать на Блэкфроста, вместо того, чтобы например, убежать обратно в номер, или снова к машине и уехать прочь, плевать на дрожащие руки. - Ты должен быть в больнице, до завтра, как минимум! - во всяком случае так ей сказали врачи, а не доверять им у нее причин не было, а вот не верить Линкольну - есть все основания, что он тут делает больной?
- А копы должны были дежурить у твоей двери. Не только я не делаю то, что вроде как должен
Кстати, что он тут делает?
Запал быстро спал и стало неуютно. Энси сделала шаг назад.
-Зачем ты приехал...?

+1

4

Линкольн просушил волосы, которые теперь торчали во все стороны. Впрочем, подобный вид его никогда не смущал, да и предстать перед супругой в лучшем виде после встречи с маньяком и нескольких часов в больнице под капельницами не было ни единого шанса – так зачем вообще переживать? Октавия уже успела увидеть его в гораздо худших обстоятельствах, а все познается в сравнении. К тому же к утру сами улягутся как-нибудь. Наверное… Да какая к черту разница?
Парень снова пошарил по всем тайникам, бардачкам, карманам и прочим местам, где могла спрятаться заначка, но никаких печенюшек не удалось раздобыть. На будущее он сделала мысленную заметку, что нужно чем-нибудь запастись и быть готовым ко всему. Окончательно разочарованный и напряженный от мысли, что слишком долго отвлекался на бессмысленные поиски, Линкольн, наконец, выпрямился и бросил взгляд на дверь и окно номера Октавии, а в следующее мгновение увидел Фишер собственной персоной, идущую через парковку.
«И куда же ты направляешься?» - то ли подумал, то ли произнес вслух, обращаясь к тишине, заполняющей машину с того момента, как по крыше и стеклам перестал барабанить дождь, Блэкфрост, намереваясь немедленно выяснить это, задав прямой вопрос брюнетке. Вряд ли девушка вознамерилась сбежать из Мортона. Она вышла из номера совсем без вещей. Конечно, большая их часть могла оставаться в багажнике, ведь Фишер рассчитывала получить быстренько подпись законного супруга на документах и задерживаться в этой уютной дыре на географической карте Соединенных Штатов. Но с другой стороны, девушке нужна как минимум зубная щетка… Или Октавия за ней и пошла?
Линкольн решил, что гадать – дело бессмысленное. Он открыл дверь, когда брюнетка проходила мимо, чем явно напугал ее.
- Извини, - на автомате выдохнул Блэкфрост, разворачиваясь на сиденье, вытаскивая наружу ноги и опуская подошвы ботинок на потрескавшийся асфальт, еще влажно блестящий после дождя. – Я не хотел тебя испугать.
Страхов им обоим хватило сегодня на небольшую вечность вперед.
- Ты что тут делаешь?
Линкольн неопределенно пожал широкими плечами, раздумывая над тем, что брюнетка вкладывает в этот вопрос, какие эмоции за ним стоят. Это не могло быть просто фразой, сказанной на автомате, ведь они не болтают по классической английской традиции о погоде. После пережитого Энси просто не могла воспринять появление мужа перед ее отелем, как должное. К тому же девушка поцеловала его там, в коридоре школы. Конечно, этот порыв нельзя было считать неким непреложным доказательством ее чувств к благоверному, так дебильно бросившему ее в номере люкс в Вегасе, - скорее что-то вроде рефлекса выжившего, требующего все больше и больше ощущений для доказательства собственной реальности. Плюс благодарность…
- Ты должен быть в больнице, до завтра, как минимум!
Глаза математика вспыхнули надеждой, этот свет смог на мгновение пробиться сквозь плотную пелену усталости, обволакивавшую мужчину все больше с каждой утекшей в прошлое минутой. «Ты обо мне беспокоишься…» - и Линкольн не посмел, не позволил себе связать это с пресловутой благодарностью, мысли о которой недостаточно вдохновляли его на трудном пути к воссоединению с женой.
- А копы должны были дежурить у твоей двери. Не только я не делаю то, что вроде как должен.
Блэкфрост развел руками и натянуто улыбнулся.
- К тому же кому должен-то? Врачам? – он усмехнулся. – Да, есть нормы и прочая ерунда, они обязаны… - Линкольн поморщился, подчеркивая, что все это – чушь. - Они, но не я.
И Фишер зачем-то сделала шаг назад, а математик, чей мозг был сейчас набит скорее ватой, чем мозгами, не в состоянии был оценить всю цепочку причинно-следственных связей, которая оттолкнула девушку в сторону.
- Зачем ты приехал?
Блэкфрост глубоко вздохнул и пристально посмотрел в лицо Октавии.
- Я_люблю_тебя, - решил для начала напомнить Линкольн. И каждое слово проговорил отдельно, словно вколачивая всю фразу в сознание брюнетки, как гвозди. – Что бы ты по этому поводу ни думала и ни говорила. Ок? – он хотел, чтобы Октавия просто приняла его позицию, его отношение и не пыталась убедить мужа в том, что он на самом деле не чувствует того, о чем заявляет. Блэкфрост – взрослый мальчик, не склонный подменять понятия, так что он совершенно точно знает, как относится к ней. Фишер не стала возражать. Можно было считать, что мысль зафиксировалась, и продолжать. Например, перейти к ответу на вопрос девушки. - Малыш, если ты не забыла (а я уверен, что это – незабываемо!) – хотя Линкольн бы с удовольствием стер почти весь набор впечатлений, связанных со второй за день встречей с женой, - на тебя сегодня напал мортоновский маньяк. Известный тип: его физиономия – на каждом столбе висит и мелькает по ТВ чаще любого рекламного ролика. Он убил уже несколько человек, но ты осталась в живых, а полиция даже не соизволила обеспечить тебе хоть какую-то охрану… - его лицо было бесстрастным, но внутри клокотало бешенство. Нет, парень бы не уехал, если бы обнаружил у отеля дежурную машину, но ее отсутствие Блэкфроста доводило до белого каления. Спасибо Тоби за то, что помог выбраться из больницы. – Я не хочу, чтобы ты оставалась без присмотра, пока эта тварь бродит по городу, - «Вдруг он решит закончить начатое?» - но произносить эту мысль вслух Линкольн не стал. Не хватало только запугать Октавию и довести до нервного срыва. – ...Погоди! Кому ты намерена звонить?
Мужчина подвинулся на самый край сиденья, не рискуя резко подниматься на ноги, так как в результате можно было эффектно рухнуть на асфальт, когда они подкосятся. Он просто потянулся обеими руками к жене, нахально сложил ладони на стройных бедрах (при этом в его голове не проскользнуло ни единой мысли эротического содержания, а это многое говорило о состоянии парня) и притянул брюнетку к себе поближе. Когда Октавия оказалась в каких-то тридцати сантиметрах от Линкольна, он для надежности приобнял ее за талию, а второй, освободившейся теперь рукой (той, которой мужчина закрыл Фишер от ублюдка с ножом) перехватил ее запястье, заставляя опустить телефон.
- Не надо, не звони в больницу. Мне помог отличный парень, который оказался вполне в состоянии понять, что мне плевать на капельницы, швы и перевязки, пока я не уверен в том, что тебе ничего не угрожает! Понимаешь?... – совсем тихо закончил мысль Линкольн. – Я не хочу его подставлять. И тебе не позволю. Это было мое решение. Я сделал выбор…
Его светло-карие глаза казались в темноте такими черными, в них тонули любые эмоции, но уверенность в собственной правоте плавала на самой поверхности, словно труп по весне – от нее никуда не денешься, ее нельзя не заметить или проигнорировать.
Блэкфрост отпустил талию девушки, но прохладные пальцы остались на тонком запястье.
- Не звони. Иди в номер и ложись спать. Запри дверь, окна. Я буду здесь, чтобы точно знать, что он не вернется.

+1


Вы здесь » ADS: «Bloody Mail» » TV series_ » Second night that was spent with him, 21.06.2017


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC