Если Вам все же удалось пробраться через болотистую местность и попасть в Мортон Мэш, а в простонародье - просто Топь, мы Вас не поздравляем. Вероятно, как и любой другой приезжий, Вы в шоке от унылости и упадка сего города, но ничего, и здесь люди живут. А со временем даже втягиваются! Особенно разнообразило здешнюю жизнь одно событие... А, впрочем, если у Вас есть почтовый ящик, вскоре сами все узнаете.

Новости ADS: Вот и наступило долгожданное "скоро", и новый сезон ADS открыл свои двери! К Вашим услугам свежеиспеченный информационные темы с подробностями о новом сезоне, ссылки на которые можете найти в навигации ниже. Возникшие вопросы можете задать в данной теме.

ADS: «Bloody Mail»

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ADS: «Bloody Mail» » TV series_ » Am I supposed to believe your words are true?, 29.07.2005


Am I supposed to believe your words are true?, 29.07.2005

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

29 июля 2005г.
около полуночи

«Am I supposed to believe your words are true?»
___________________________________________
by George Ford & Barbara Gilmore

http://i.imgur.com/WOagap4.gif http://i.imgur.com/WqMgVnO.gif
___________________________________________
краткое содержание

Прощания никому не даются легко.
___________________________________________
Спальня Барбары

[NIC]Barbara Gilmore[/NIC]
[AVA]http://i.imgur.com/Eo3gONm.png[/AVA]
[SGN][/SGN]

+5

2

Джордж знает, что еще несколько часов и ему уезжать. Голливуд манит его огнями, возможностью и известностью и оглядываться на уныние и пустоту Мортон Мэш не хватает ни моральных, ни физических сил. Возможно, он даже уезжал бы с легким сердцем, вот только одно из обстоятельств, которые заставляют его все-таки обернуться, это его друзья. С ними он провел свои самые яркие и без сомнения лучшие годы жизни, и даже расставание на лето (по крайней мере по начальному замыслу) кажется ему тяжелым. Такое чувство, будто они не смогут встретиться никогда.
Прощаясь накануне вечером с Барбарой и Уинслоу, он страстно обещает писать им письма, звонить по телефону и вообще никогда-никогда не забывать. И хотя они, возможно, встретятся утром, он заочно скучает, бросает тяжелые взгляды в сторону, учащенно моргает, чтобы ни одна слезинка не скатилась по щеке.
Но Джордж лукавит.
Где-то в глубине души, он уже очарован поездкой. Он представляет, как сядет на рейсовый автобус (до ближайшего крупного городишки его подвезет их сосед Сэм), как загрузит свою небольшую сумку на верхнюю полку над пассажирским креслом и, вставив наушники своего кассетного плеера, двинется в новую жизнь. В лучшую жизнь. В жизнь, где его никто никогда не бросит.
Но, не смотря на все эти определенные преимущества, Форд немного всего боится. Боится провала, боится осуждения, боится выделиться из толпы, хотя знает, что актерское поприще всегда ему удавалось. По крайней мере, так считает миссис Джонс из их театрального кружка, которая всегда давала ему необычные роли (хоть нередко он играл галантного принца). И эти сомнения, эта неуверенность, это воодушевление предстоящим путешествием, заставляют подростка выбраться из своей комнаты (как будто это сложно, когда она находится на первом этаже?), и, блуждая по улицам брести, куда глаза глядят.
А в итоге оказаться у дома Барбары.
Расставаться с ней ему почему-то вдвойне тяжелее. Возможно, за несколько последних лет он прикипел к ней душой и телом, а возможно в мужской дружбе с Уинслоу он уверен чуть больше, чем в женской верности. Джордж не знает. Но к Барбаре его тянет. Глупо отрицать очевидное, когда лет в пятнадцать он остро ощутил потребность в общении с этой девушкой. Возможно, даже испытал какие-то чувства, хоть упрямо отрицал их еще года полтора, может больше, пока не набрался смелости и не позвал ее на танцы. Как много она в нем изменила.
И вот теперь, оказавшись у ее дома, смотря в ее окно, он понимал, что тусклый свет ее ночника может значить многое. Спит ли она, думает ли об его отъезде. Будет ли скучать?
В глубине души (и не только в глубине), он хотел, чтобы она о нем думала. Вероятно, все подростки такие и хотят занимать значимое место в чьей-то жизни, и Джордж не исключение. Он топчется на месте, оглядывается по сторонам, в поиске нужного предмета. Маленький камушек находится довольно близко, но попасть в нужное окно, а не в стену рядом, получается со второй попытки. Форд пугливо озирается по сторонам, проверяя, не наделал ли шумихи. Но все тихо. Только лишь соседская собака лениво подала голос, но быстро утомилась, не наблюдая угрозы. А Джордж, собирая все остатки решимости и природной ловкости, проворно полез на дерево, чтобы быстрее добраться до нужного окна. Что он хотел сказать, что он хотел сделать, кроме самого очевидного – залезть в комнату, Форд не знал. Им двигал импульс мимолетного желания забраться к даме без приглашения, предварительно ее не предупредив.
Сбив дыхание и досадив до крови руку об кору дерева, Форд, как истинный герой-любовник, наконец-то сравнялся с окном своей возлюбленной (удивительно, но что, если это дерево растет тут именно для подобных поступков?) и тихонько постучал. Сквозь полупрозрачные занавески виднелся силуэт Барбары, которая, наконец-то, обернулся на источник звука.
– Барб, это я, Джордж, – шепотом произнес он, – не пугайся. Не могла бы ты меня впустить? Тут жутко неудобно, – в подтверждение этих слов, рука Форда соскользнула с ветки, но он сумел удержаться. Интересно, а если он задержится здесь чуть дольше, выдержит ли та его вес? Каков шанс рухнуть на землю?
– Барб, пожалуйста, – жалостливо просил Форд.

[AVA]https://i.imgur.com/3U9TdB1.png[/AVA]

+2

3

- Брут! Яго! Павлик Морозов! Нет, Иуда! Настоящий Иуда! – пару часов назад кричала Барб в телефонную трубку, пытаясь как можно красочнее описать свое недовольство Уинслоу. Она понимала, что Коннингтону тоже приходится нелегко, возможно, даже труднее, чем ей самой, но отчего-то Барбаре казалось, что драматизируя и перечисляя всех известных ей предателей, она сможет перенаправить негативную энергию Уинна – возможно, ему надоест слушать ее нытье и он на нее прикрикнет, или он заинтересуется, как много нечестивцев она сможет припомнить. Так или иначе, Барб казалось, что она помогает. Конечно, в первую очередь она помогала самой себе, но от чего бы не совместить два столь полезных занятия? Будучи человеком по своей натуре довольно вспыльчивым, Гилмор понимала, что ей самой бы не помешало обратить свою злость и обиду в какое-то более мирное русло, нежели яростные крики в трубку (в какой-то момент уже даже ее мама, славившаяся своей природной громкостью и очень хорошо слышимыми даже соседям беседами по телефону, попросила дочь вести себя немного тише). К сожалению, бегом Барбара не увлекалась, боксерской груши не имела, и даже орать в подушку ей надоело после первого же попавшего в рот пера. Черт бы побрал эти старые подушки, которые уже давным-давно пора выкинуть или привязать к ним кусок позавчерашней курицы, придать схематичную форму кошки и выманить из болота какого-нибудь аллигатора. Они часто развлекались так вместе с Уинслоу и Джорджем. ЧЕРТОВ ДЖОРДЖ. Барб откинула подушку на пол и резко села на кровати, решив отдышаться и попробовать досчитать до десяти. Так ведь обычно советуют успокаиваться? Один. Джордж уезжает от них один. Два. Он оставляет их с Уинслоу вдвоем. Три. Раньше их всегда было трое. Четыре. Четыре часа назад она мельком видела Джорджа на улице и резко свернула в противоположном направлении. Пять. Пять пальцев на руке, которой было бы очень кстати влепить Форду пощечину. Шес….
- А, к черту, - вслух произнесла Барб, осознав всю бессмысленность этой затеи. Придется успокаивать себя единственным привычным способом – делая зарисовки в альбоме. Раз штрих, два штрих. Постепенно дыхание девушки выравнивалось, хотя она и понимала, что, пожалуй, стоит ей сейчас допустить хоть малейшую ошибку в рисунке, и она сунет весь альбом в металлическое мусорное ведро, которое вытащит на центр комнаты, и сожжет его к чертовой матери. Но пока что Барбаре нравилось то, что у нее получалось. Пусть ее руки и были перепачканы в угле (а именно углем она предпочитала рисовать в последнее время), но ей к этому не привыкать. За любимым занятием девушка не заметила, как поздний вечер почти что сменился ранней ночью. Вдруг Гилмор услышала характерный звук – словно в ее окно кто-то постучал. Но это было глупостью, кто будет стучаться в окно на втором этаже? Наверное, показалось. Девушка лишь пожала плечами и снова вернулась к рисованию, когда услышала знакомый голос и расплывчатый силуэт за окном.
- Только этого не хватало, - пробурчала Барб, но достаточно громко, чтобы ее можно было услышать, стоило бы только этого захотеть. Она нехотя подошла к окну, раздвинула занавески и, скрестив руки на груди, недобро посмотрела на торчавшего за окном Джорджа Форда собственной персоной.
- Что тебе нужно? – Барбара не собиралась так просто пускать его внутрь. Надо помариновать его, пусть помучается. Когда он дернулся, словно вот-вот упадет, девушка невольно дернулась в его сторону. Черт бы побрал этого Джорджа Форда. Наверняка сделал это специально – знал, что ей станет его жалко.
- Ладно, залезай, - нехотя открывая окно, произнесла Барб, делая шаг в сторону, чтобы этот предатель мог попасть внутрь. – Так что тебе нужно? Пришел поглумиться? Или сказать, что планы изменились, и теперь ты улетаешь в космос? – чуть скривившись, поинтересовалась Гилмор. Пусть Джордж не думает, что ему тут сильно рады. Не после того, что он сделал.

[NIC]Barbara Gilmore[/NIC]
[AVA]http://i.imgur.com/Eo3gONm.png[/AVA]
[SGN][/SGN]

Отредактировано Barbara Connington (2017-09-07 19:56:26)

+2

4

Если бы Джордж знал, что Барбара будет не очень рада видеть его в своем доме, он бы, возможно, предварительно позвонил на домашний телефон, попросил девушку на беседу и только потом тщательно подумал, стоит ли вся авантюра хотя бы усилий пробраться в ее дом. Если бы Гилмор не передумала, Форду едва ли светило бы спокойно и безболезненно спуститься по дереву обратно, не переломав себе конечности, тем самым оставшись в Мортон Мэш на долгие годы реабилитации. Хотя, вероятно, девушка бы от такого варианта не отказалась, возможно, даже злорадно бы засмеялась ему в лицо, а потом бы ее, возможно, замучила совесть, и она бы вызвала скорую. Ну или позвала бы родителей и Уинслоу полюбоваться таким неуклюжим недоумком. А Джордж бы был прикован к инвалидному креслу, или вовсе умер от потери крови. Да, Форду был присущ драматизм в его светловолосой голове.
Но Барбара уступила. То ли пожалела мистера_я_стану_звездой_голливуда, то ли просто поняла, что выхода у нее собственно нет, и лежащий под ее деревьями Форд будет вызывать у родителей много вопросов. Юноша не мог ответить на этот вопрос внятно, ему было совершенно не до этого. Он ведб висел, буквально над пропастью и грозился ухнуть вниз.
Перевалившись через подоконник, Джордж совершенно не грациозно начал подтягивать свои длинные ноги в комнату, мысленно проклиная свой огромный рост, и отсутствие возможности выглядеть как герой любовник, который ночью проникает в спальню своей прекрасной возлюбленной. Не о таком он читал в глупых школьных книжках, не такими представлялись ему фильмы, которые изредка попадались ему на глаза. Поднявшись наконец-то с пола и придерживая травмированную руку, он поднял взгляд на Барб. Та не сводила с него тяжелого взгляда и Джордж понял, что в общем-то, за последние пару лет находится здесь впервые (обычно они собирались у Уинслоу или Джорджа, изредка изменяя себе закусочной) и как же изменилась комната девушки за это время.
– Барб, прости, – Форд делает жалостливый взгляд, когда в него летят первые упреки и ему действительно стыдно перед этой девушкой, хотя несколько минут назад он окрыленный отъездом совершенно забыл про то, что, в общем-то, все собирался делать вместе с ней и Уинсом. – Я не хотел, чтобы все получилось так, как получилось. Я вынужден уехать первым, но мы скоро обязательно встретимся, – он начинает бормотать извинения, размахивая здоровой рукой, так как раненная все еще прижата к телу. – Пожалуйста, не сердись на меня, – он делает шаг вперед, но от его взгляда не укрывается то, что девушка отдаляется на него, все так же не сводя сурового взгляда. – Я понимаю, что это неправильно, но это, возможно, мой единственный шанс. Бабушка может попросту не согласится, – он и сам не знает, приплетает ли он миссис Салливан из-за мучивших его сомнений, или из желания разжалобить подругу.
– Ты должна понять, Барб, – неловкий взмах обеими руками заставляет его вспомнить о своей полученной ране и наконец-то обратить внимание на свою конечность. – Кажется у меня кровь идет, – с долей удивления в голосе говорит сам себе Джордж. О том, чтобы попросить у девушки помощи в данную минуту, он как-то не думает по множеству причин.
Она злится на него. Она обижена. Она не хочет иметь с ним дела и жаждет, чтобы он убрался из ее дома куда подальше. Почему-то такой спектр чувств задевает его сильнее, чем то, что она бы просто пожелала ему всего хорошего, мило улыбнулась и равнодушно помахала рукой. Хотя нет, любая из подобных реакций кроме молчаливого понимания или хотя бы легкой грусти была для него неприятной и волнующей. С Барбарой Гилмор Форд провел очень много времени и действительно испытывал к ней чувства. Вот только вдруг ей уже было на него все равно, и она хотела поскорее от него избавиться.
От внезапной догадки Форд помрачнел. Он не всегда был сообразительным парнем.

[AVA]https://i.imgur.com/3U9TdB1.png[/AVA]

Отредактировано George Ford (2017-09-11 13:46:20)

+1


Вы здесь » ADS: «Bloody Mail» » TV series_ » Am I supposed to believe your words are true?, 29.07.2005